— К черту все это! — выкрикнул Ярнвиг. — Пропала моя дочь. Что вы делаете, чтобы найти ее?

Полицейский пропустил его вопрос мимо ушей.

— Вы думаете, что Биляль знал больше, чем мы предполагали?

— Спросите в штабе! — гаркнул Ярнвиг. — Спросите генерала Арильда. Биляль был его любимчиком.

Оперативник нахмурился:

— Ваши крики нам не помогут. У вас есть предположения, куда он мог направиться?

Ярнвиг вперил в него яростный взгляд:

— Вас что, специально учат задавать тупые вопросы? Если бы у меня были предположения, я бы не торчал здесь с вами, а проверял бы их.

В дверь еле слышно постучали. На пороге стоял Йонас в зимней куртке и шарфе. Выглядел он потерянным.

— Я могу идти? — спросил Ярнвиг оперативника.

— Вы знали, что Биляль ненавидит исламистов?

Ярнвиг закатил глаза:

— А по-вашему, он их любить должен? Биляль трижды ездил в Гильменд сражаться с талибами. Он не понаслышке осведомлен о том, что делают эти люди. Как еще он может к ним относиться?

— Я спрашивал не об этом.

— Ну, думаю… — Вопрос-то был правильным, хотя Ярнвиг и не хотел признавать этого. — Я думаю, он всегда вел себя как идеальный солдат. Старательный, преданный, исполнительный. — Пауза. — Иногда даже слишком. Он никогда не поднялся бы выше лейтенанта. Он не умеет мыслить самостоятельно.

В кабинет заглянул другой полицейский, который обыскивал квартиру Биляля.

— Вот, посмотрите. Я вскрыл его тумбочку. Нашел кое-что интересное.

Вырезки из газет. Все, что касалось пяти убийств, с фотографиями, аккуратно приклеенными на картон. Десятки статей.

— Идеальный солдат! — повторил оперативник слова Ярнвига и расхохотался. — Ладно, пока все. Не забудьте связаться с нами, если что-нибудь узнаете о Биляле. Или о Рабене. Этот фокусник тоже должен ответить за свои выходки.

Когда они ушли, Йонас промаршировал через кабинет к деду, размахивая руками, как маленький солдат.