С помощью дрожащего луча велосипедной фары Джордж Малкин нашел глубокую щель в стене. Он отодвинул от нее футовый булыжник и стал шарить рукой внутри, пока не вытащил кусок упаковочного шпагата. Этот шпагат был ярко-синим, и казалось, что это единственное цветное пятно в окружающем их полумраке. Сначала детективам казалось, что на нем ничего нет, но потом они заметили веревку, привязанную к его концу.

– Вы не поможете мне потянуть? – обратился к ним Малкин.

Купер взялся за веревку, и они с Джорджем вместе стали тянуть ее, а Диана в это время держала над ними фару. В какой-то момент свет пропал, и они оказались в полной темноте, пока девушка не встряхнула фару и не восстановила проржавевший контакт. Бен слышал, как что-то медленно двигается глубоко внутри скалы. Тянули они под углом в сорок пять градусов.

– Это какой-то кожаный мешок, – сказала Фрай, заглядывая в дыру поверх плеч мужчин. – Хотя нет – два мешка. К первому привязан еще один.

– Их и должно быть два, – подтвердил Малкин, когда мешки показались над краем скалы. – Тогда каждый из нас тащил по мешку. И это было нелегко. В те дни я был мальчиком, который вполне мог пролезть в эту дыру. Там внизу находится плоская поверхность, похожая на полку. Тед послал меня вниз и передал мне мешки. Я помню, как сначала мне показалось, что мешки заблокировали проход, да еще они были очень тяжелые. Я испугался, что не смогу выбраться. Но рядом был Тед. Я знал, что если застряну, то он вызволит меня.

Джордж схватился за кожаную лямку, пока Купер держал весь груз на весу.

– Там внизу темнота хоть глаз выколи, – продолжал рассказывать Малкин. – А я всегда ненавидел темноту. Еще когда был совсем крохой, я здорово ее испугался. Больше всего на свете меня пугают темнота и глубокая вода. Мне постоянно снятся кошмары, что я где-то застрял, а вода все прибывает и прибывает. Кажется, что когда вырастешь, то все это прекратится. Но в моем случае, после смерти Теда, все стало только хуже. Наверное, потому, что я знал, что его уже никогда не будет рядом, чтобы помочь мне.

Они с Беном поставили мешки на пол. Фрай наклонилась к ним с фарой, которую ей приходилось постоянно трясти, чтобы она не гасла.

– Действительно, надо было захватить с собой свет, – повторила она. – Это просто смешно.

– Давай посмотрим по-быстрому, а потом отнесем их в дом, – предложил Купер.

– Да на что здесь смотреть? – сказал Малкин. Он стоял над полицейскими, и его голос прозвучал неестественно отдаленно и раскатисто, как будто он все еще находился в дыре, в которую его брат послал его, когда он был еще ребенком.