– Спасибо, – сказал Стивен, взял карту и протянул её Иешуа: – Вот. Для твоего отца.

Иешуа тоже всё понял. Он взял бумагу с удивительной невозмутимостью, сложил её и сказал:

– Это его порадует.

– А я уж было подумал, – засмеялся Джордж Мартинес, – что мы открыли что-то сенсационное.

* * *

– Только не думай, что всё так просто, – предостерёг Иешуа, когда они медленно пробирались назад к отелю сквозь городское уличное движение, где все гудели и вылезали из ряда, кто во что горазд. – Вход в штольню и, наверное, не меньше трети её длины затоплены водой.

– Но ведь известно, где находится этот вход?

– Да.

– Ну? И где же?

– В Давидовом городе. Это район к югу от Храмовой горы, на другой стороне долины Кидрона. Район, который строился под иорданским владычеством.

– И где там?

– В одном резервуаре, который ныне оказался в подвале одного жилого дома.

Стивен удивлённо поднял брови:

– В подвале? Как это?

Иешуа вздохнул.

– Ну, так уж у нас в Иерусалиме. Захочет кто-нибудь построить дом, а когда начинают рыть котлован под фундамент и подвал, непременно натыкаются на какие-нибудь исторические остатки. Если не повезёт, то строительство приходится откладывать до тех пор, пока археологи не разберутся с находкой. А если повезёт, то дело ограничивается парой обязательств, и строительство продолжается. Владельцу этого дома повезло.

– Это как? Там что, можно войти в подвал, открыть дверь – и окажешься в средневековье, с резервуаром посередине?

– Именно так.

– Чудно, – Стивен смотрел на покрытое пылью лобовое стекло, на сухие деревца на обочинах, на голые скалистые холмы, окружающие Иерусалим. – А откуда в штольне вода? Куда ни глянешь, всюду сушь, неужто где-то здесь осталась неиспользованная вода?

Иешуа извлёк из бардачка карту города.