Кивнув, Шакал открыл пассажирское сиденье пикапа и забрался внутрь.
В лучах пустынного рассвета они устремились на юго-запад. В Ногалесе при виде пары фургонов, набитых мигрантами, никто особо не удивлялся. Никто бы не стал их останавливать. Любому встречному хватило бы одного взгляда, чтобы безошибочно понять их намерения, но никому не было до этого дела. Только Лидия волновалась, что кто-то ее заметит. Всякий раз, когда навстречу ехала машина, она сутулилась и прятала лицо под полями выцветшей шляпы.
– А почему на юг? – спросил Лука, когда на выезде из города они вдруг повернули налево.
Лидия не знала. Но с облегчением отметила, что дорога сначала постепенно лишилась покрытия, а потом и вовсе превратилась в колеи на голой земле, которые с трудом попадали под определение дороги. Повсюду были ямы и рытвины, гравий из-под шин разлетался во все стороны. Они оказались в пустыне, и вокруг на многие километры не было ни одной другой машины; мигранты кое-как держались за края прицепа и подскакивали всякий раз, когда пикап неожиданно проваливался в яму. Лидия придавила Луку своим весом, чтобы тот случайно не выпал, но ехали они небыстро, стараясь не перевернуться.
Дорога сначала свернула на запад, а потом на северо-запад, и Лука подумал, что теперь они, наверное, двигаются перпендикулярно границе к тому месту, где забор бесследно исчезает; очень скоро отделить одну страну от другой можно будет только благодаря карте, которую много лет назад начертил на бумаге какой-то случайный человек. Больше часа миновало с тех пор, как им встретилась последняя машина, и Николас в попытке скрасить ожидание стал перечислять местную фауну: оцелот, красная рысь, носуха, ошейниковый пекари, хлыстохвостая ящерица, пума, койот, гремучая змея.
– Гремучая змея? – с опаской переспросила Марисоль.
– Кролик, перепелка, олень, колибри, ягуар.
– Ягуар! – радостно воскликнул Бето.
– В Соноре считается редким видом, но пока не исчезнувшим. Еще лиса и скунс, – продолжал Николас. – Ну а про бабочек и говорить не буду – слишком много!
Лука представил себе, как все эти животные прыгают туда-сюда через границу и даже не подозревают о существовании каких-то там паспортов. Мысль его утешила. Ребека слушала вполуха. Ей совсем не хотелось думать о дикой природе этих мест. Ей не было до нее никакого дела. Она мечтала о совсем другом диком месте, со своими звуками и глазастыми существами. Но теперь Ребека с трудом верила, что облачный лес и вправду существует. Как бы ей хотелось закрыть глаза и перенестись обратно домой! Почувствовать прохладное, мягкое прикосновение облаков на коже и ресницах. Услышать шум дождя и перезвон капели на толстых листьях. Тот светлый, призрачный, изменчивый уголок земли уже ускользал из памяти. Теперь, закрыв глаза, она больше не могла услышать голос бабушки, не могла учуять запах свежего