На все вопросы Хока, Норы и Шона он смог только тихо ответить, что все хорошо, и спрятался от всех в своем кабинете. Там, взяв бутылку с виски и стакан, опустился на кушетку. Устало откинувшись на подушки, он вытянул ноги и задумчиво уставился в книжные полки невидящим взглядом. Долго он сидел неподвижно, потом встряхнул головой, потер уставшие глаза, пытаясь отогнать стоявшую перед его мысленным взором картину — мертвая Кэрол. Его до сих пор не оставили те чувства, которые он испытал, увидев это. Тот охвативший его страх. По телу до сих пор пробегала нервная дрожь. О том, каким образом она вдруг вернулась к жизни, он вообще старался сейчас не думать. Не сейчас. Потом. Слишком много сегодня довелось пережить потрясений. Ему нужно прийти в себя, собраться с силами и мыслями.

Допив спиртное, он тяжело поднялся и отправился в спальню.

Там, раздевшись, забрал с кресла подушку Кэрол и положил рядом со своей на кровать. Лег и долго смотрел на пустое место рядом с собой. Потом взял ее подушку и, обняв, прижал к груди и зарылся в нее лицом, вдыхая ее запах. И только тогда смог уснуть.

Утром он еле заставил себя встать, уставший и разбитый.

Порадовавшись тому, что сегодня выходной и нет никаких дел, кроме как съездить в больницу к Кэрол, он поплелся в душ. Он больше не работал с такой страстью и фанатизмом, как раньше. Политика его не захватывала так, как прежняя работа. Он скучал по ней, ему ее не хватало. Лично он больше не вел никаких дел, но не было дня, чтобы он не появился в своей юридической компании. Он был в курсе всех дел и по прежнему всем руководил. Он просматривал дела, помогая своим коллегам, подсказывал, а слишком сложные дела неофициально брал на себя, проводя расследования, выстаивая защиту, подключая свои связи. Он не мог быть официальным представителем, как защитник, но часто присутствовал в судах на тех делах, которые вел лично, или которые ему были просто интересны. Он подсказывал официальному защитнику, даже руководил, если было нужно. Его коллеги никогда не отказывались от его помощи, наоборот. Никто и никогда не считал зазорным принимать его советы или наставления. Даже такой зубастый и матерый юрист, как Зак, у которого опыта и таланта было не меньше, чем у самого Джека. Они по прежнему дружили. Он теперь заправлял в компании Джека в его отсутствие, пока тот занимался своей новой карьерой. Зак остался недоволен тем, что Джек сменил направление, так сказать, оставил юриспруденцию и подался в политику. Он не понимал, зачем. И он оказался прав, когда пытался отговорить Джека. Джек теперь и сам не понимал — зачем? Зачем он едет в свой новый офис и занимается скучными рутинными делами, которые были ему совсем не интересны, думая при этом о каком-нибудь новом интересном деле его юристов, сидел в своем офисе и копался в папках с делами своей юридической фирмы, которые таскал с собой, которыми был набит его новый офис, занимаясь совсем не тем, чем теперь должен был. Бросал все, отменял встречи ради того, чтобы поприсутствовать на судебных заседаниях, или сбегал из своего роскошного нового офиса и мчался с свою компанию. Когда однажды утром он вдруг очутился у здания своей компании вместо нового места работы, он долго в замешательстве сидел за рулем, не понимая, что произошло. Он всю ночь работал над каким-то очередным делом, а утром спросонья, не задумываясь, просто по привычке приехал на старое место работы. Разворачивая машину и отправившись в нужное место, там, где теперь он должен быть, он вдруг так остро почувствовал, как ему не хочется этого делать, что с тяжелым сердцем понял, что сделал ошибку, свернув со своей дороги в другом направлении. Никогда раньше он не совершал таких оплошностей. Ему захотелось покорять новые вершины, на новом поприще, потому что на своем он уже был на самом верху. Он думал, что перемены и что-то новое помогут ему снова начать жить после того, как потерял семью, вернут ему вкус к жизни. А на деле оказалось, что он сделал только хуже, лишившись еще одного смысла в своей жизни — любимого дела. У него было две вещи, которые он любил, которыми жил — его семья и его работа. А теперь он потерял сразу и то, и другое. В какой момент вся его жизнь пошла крахом, как это не предотвратил, допустил, не смог с этим справиться?