Сейчас не время об этом думать. Надо искать следы. Малейшие ниточки, которые могут подсказать, куда они ее увезли. Бергер сознательно заглушал внутренний голос, подсказывающий ему, что все напрасно; они заманили его сюда, написали «Сэм» на не активированной мине — во всем этом чувствовалась насмешка. Его словно дразнили, показывая язык.

Или показывая средний палец, за который он никогда не сможет ухватиться.

Он судорожно искал. Осматривал каждый квадратный сантиметр ярко освещенного подвала.

Ничего. Совсем ничего.

Бергер прислонился к холодной бетонной стене, медленно опустился на пол.

Он опоздал.

Опять.

52

52

Валун оказался больше, чем она его помнила.

Рита Олен не спускала с нее глаз, анализировала ее взгляд.

— Отсюда ведь ты найдешь дорогу? — спросила она. — Мы тебе поможем.

Прибор на руке прожужжал. Перед глазами все поплыло. Зато проснулась память. Конечно, она помнит. Помнит каждый шажок, тут и наркотики не нужны. Но она понимала, что наркотики — их способ держать ее под контролем.

Сквозь туман всплыл образ Мирины. Невероятно яркий. Сейчас главное для Молли — это выжить. Это ее миссия. Другой нет.

Вдруг вернулось прошлое. Пожилой мужчина держал ее за руку. Они шли по тропинке вглубь леса. Была осень, тропинку усыпали желтые листья.

Молли махнула в сторону леса.

Земля была влажная, шел дождь, но без ветра. Ее поддерживали сильные женские руки. Молли попыталась оглянуться. Начало смеркаться.

Ее держала Отилия. Молли видела, как Гитта с Надей несли носилки из подвала, носилки, на которых, как ей казалось, она провела полжизни. Они были наполнены всякими вещами. Целая гора сложенных картонных коробок, ящик с инструментами, несколько лопат.

Они подошли к электрическому щитку. Он лежал на земле — ржавый индустриальный рудимент из более простых и прозрачных времен. Какой-то зверь основал там себе жилище, а потом ушел.

— Его мы проходили, — сказала Молли. — Теперь по тропинке, идущей вправо.