Блум встала по одну сторону от дверей, Бергер пихнул Ивана в другую сторону. Потом набрал код. Загорелась многообещающая зеленая лампочка. Бергер достал баночку и выловил глаз. С отвращением поднес его к сканеру.
Земля слегка задрожала. Но звука почти не было слышно. Лишь легкое жужжание, возвещающее, что лифт пришел в движение. Судя по всему, он поднимался снизу вверх.
Они отчетливо услышали, как внутри лифта что-то стукнуло. Самир и Дес направили оружие на двери лифта, готовые в любое мгновение выстрелить.
Прошло несколько невероятно долгих секунд, прежде чем двери открылись.
Внутри лифта — пусто. Совсем пусто. Если не считать размазанной рвоты на двери внутри.
Бергер сделал глубокий вдох и встал в проеме. Он впустил Ивана, а когда в лифт собиралась зайти Блум, Бергер ее остановил.
— Тебе не обязательно идти с нами, — сказал он. — Мирина нуждается в маме.
Фыркнув, Блум все-таки вошла.
— Ди спасла мне жизнь тогда в Андалусии, — сказала она. — К тому же в папе Мирина тоже нуждается.
Бергер невольно улыбнулся. На самом деле, ему очень хотелось, чтобы Молли Блум была рядом, когда они будут спускаться в подземелье.
Он поймал взгляд Кента Деса, потом взгляд Самира. Они кивнули. Он кивнул. Вошел в лифт. Двери закрылись.
Лифт поехал вниз.
Там и правда было чрезвычайно тесно. И плохо пахло.
Бергер, Блум и Иван стояли, вжавшись в стальные стены, погружаясь сквозь временные пласты все глубже в геологические недра.
Лифт дернулся и остановился. Оба русских пистолета взмыли в воздух, готовые выстрелить. Двери медленно раздвинулись.
Никого.
Кроме рвоты в лифте, нигде ни малейших признаков жизни.
Они вышли и оказались в помещении, напоминающем пещеру. Каменные стены, высокий потолок, запах подземелья, приправленный плесенью. Если бы не одна деталь, Бергер был бы готов увидеть на стенах наскальные изображения мамонтов.
Деталь эта представляла собой ультрасовременную стальную дверь. Напротив лифта, прямо в каменной стене.
Они находились в своего рода прихожей или тамбуре. Надя говорила о какой-то