Теперь Рахул нашептывал мистеру Сетне, который не одобрял женщин, что-то шепчущих мужчинам – не важно что.
– Мой дорогой мистер Сетна, – сказала вторая миссис Догар, – я
Мистер Сетна был шокирован таким утверждением, однако он был склонен поверить, что это правда. Цветы увядали из-за чего-то или из-за кого-то. Недиагностируемая болезнь поразила заросли бугенвиллей. Главный садовник был в тупике. И вот наконец ответ: мистер Догар писает на цветы!
– У него что, недержание? – спросил мистер Сетна.
– Вовсе нет, – сказала миссис Догар. – Он делает это сознательно.
– Он хочет убить цветы? – спросил мистер Сетна.
– Я рада, что вы понимаете, – ответила миссис Догар. – Бедный человек. – Она махнула рукой в сторону поля для гольфа. – Естественно, что он прогуливается там только после наступления темноты. Как собака, он всегда проходит по одним и тем же местам!
– По зарослям, я полагаю, – сказал мистер Сетна.
– Я рада, что вы понимаете, – сказала миссис Догар. – Так где наше такси?
В такси старый мистер Догар выглядел так, как будто не был уверен, что ему делать – извиняться или жаловаться. Но прежде чем он это решил, молодая жена еще раз удивила его.
– О, дорогой, никогда больше не позволяй мне так обращаться с тобой – по крайней мере, на людях. Мне так стыдно! – воскликнула она. – Они подумают, что я тебя третирую. Ты не должен позволять мне это. Если я
– Нет… Я имею в виду –
– Ты должен