Пинки, вот кто должен умереть, решил сценарист. Единственная причина, по которой цирк принимал калеку-брата, заключалась в том, что они хотели заполучить талантливую сестрицу; брат был просто частью сделки. Это была предыстория. Но если Пинки должна умереть, то почему бы цирку не избавиться и от Ганеша? Какая польза цирку от калеки? Так-то получше, подумал Фаррух. Бремя действия внезапно перенеслось на калеку; для Ганеша следовало придумать что-то такое, чтобы цирк был заинтересован его держать. Любой здоровый мальчик убирал бы за слоном гораздо проворней.

Но это было проклятие сценариста, которому всегда приходится опережать самого себя. Прежде чем найти какое-то занятие в цирке для Ганеша, разве не нужно было решить, как умрет Пинки? Ну, она акробатка – она всегда может сорваться и упасть, заранее допустил доктор. Возможно, она пытается разучить номер Суман «Прогулка по небу» и просто падает. Но, по правде говоря, Пинки не стала бы разучивать этот номер под куполом главного шатра. В «Большом Королевском» Пратап Сингх всегда учил небесной прогулке под пологом семейной палатки; веревочные петли-перекладины лестницы были не на высоте восьмидесяти футов над землей – небесная прогулка вверх ногами проходила на расстоянии не более фута или двух от земли. Если Фаррух намеревался использовать в съемках реальный «Большой Королевский цирк» – а это было так – и если он хотел использовать своих любимых исполнителей (а именно Пинки, и Суман, и Пратапа), тогда сценарист не мог написать, что смерть произошла по небрежности или из-за какой-то мелкой случайности. Фаррух намеревался как раз хвалить «Большой Королевский» и цирковую жизнь, а не осуждать их. Нет, смерть Пинки не могла быть на совести цирка – такая история никуда не годилась.

Именно тогда доктор Дарувалла и вспомнил про мистера Гарга, действительно Кислотника. В конце концов, Кислотник уже был задуман как злодей для будущего сценария; почему бы не использовать именно его? (Когда, как теперь, в мозгу вспыхивали творческие идеи, угроза судебного иска казалась весьма далекой.) Кислотник может быть настолько очарован красотой и талантом Пинки, что просто не в состоянии перенести ее восходящую славу, – или, допустим, он досадует, что ему не удалось обезобразить ее кислотой, как обезобразили его. Потеряв Пинки, которая теперь выступает в «Большом Королевском», этот злодей задумывает вредительство в цирке. Он обжигает кислотой одного из львят или, может быть, одного из карликов-клоунов. Бедную Пинки убивает лев, сбежавший из клетки, потому что Кислотник сжег кислотой замо́к.