Здравствуйте, меня зовут Эльва Гриффит, а Мэри Клэр – моя дочь. Как вы уже знаете, мы с мужем не были близки с нашей дочерью и почти не общались около десяти лет. Многое из нашей семейной истории всплыло на этом процессе и в средствах массовой информации, нет необходимости возвращаться к этому сейчас. Мы присутствовали на суде каждый день, потому что это наша дочь, и мы бы отправились на край света, лишь бы стоять рядом с ней в трудную минуту. Она от всего сердца сказала нам, что невиновна, и мы ей верим. Мы верим ей, потому что она наша дочь и потому что мы воспитали ее как дитя Божье. И мы знаем, что, когда она жила под нашей крышей, она ни разу не совершила ни единого акта жестокости, не проявила зла. Она любила все живое и никогда никому и ничему не причиняла вреда. Когда ей было шесть, в миссионерском доме, где мы остановились, завелись крысы. Мой муж расставил ловушки по всему дому и в подвале. Однажды мы услышали, как Мэри Клэр кричит снизу. Мы нашли ее пытающейся освободить крысу, которая попала в ловушку, но все еще была жива. Она плакала: «Отпусти ее, папочка, отпусти ее!» Мой муж оттолкнул Мэри Клэр с дороги и раздавил зверька ботинком. И дочь впала в истерику. Она кричала: «Господь сказал Ною спасти всех животных, а не убивать их!»
Я стою здесь и понимаю, что я не идеальный родитель. Но мать знает своего ребенка. И когда мой ребенок говорит, что ее сердце не позволило бы ей нанести удар этой девушке, Ребекке, я знаю, что это правда. Потому что я видела доброту и нежность Мэри Клэр и была свидетелем ее любви ко всему живому. Я верю, что присяжные приняли лучшее решение, на которое они были способны, учитывая то, что они видели и слышали, но я говорю вам перед Богом, что моя дочь не убийца.
Я стою здесь и понимаю, что я не идеальный родитель. Но мать знает своего ребенка. И когда мой ребенок говорит, что ее сердце не позволило бы ей нанести удар этой девушке, Ребекке, я знаю, что это правда. Потому что я видела доброту и нежность Мэри Клэр и была свидетелем ее любви ко всему живому. Я верю, что присяжные приняли лучшее решение, на которое они были способны, учитывая то, что они видели и слышали, но я говорю вам перед Богом, что моя дочь не убийца.
Наши сердца переполнены сочувствием и любовью к матери и отцу Ребекки. Я молюсь, чтобы они смогли обрести покой. И я прошу вас, ваша честь, пожалуйста, сжальтесь над нашей дочерью. Она ни для кого не представляет опасности и все еще может сделать очень много хорошего в своей жизни.