…Сначала я не поняла, что именно услышала, но что-то определённо точно вырвало меня из моих меланхолических, полусонных размышлений. Сначала мне даже показалось, будто этот звук мог издать поставленный мной на пол рюкзак, но вскоре звук повторился. Похожий на глухой удар…

Звук устрашающе отчётливо раздался повторно. Из комнаты, в которой я оставила тело Тристана…

Всё внутри меня мгновенно сжалось. Я посмотрела на детей: никто из них не отреагировал – они только-только задремали. И вдруг Марсоход отбежал от межкомнатной двери словно ошпаренный, с пугающе вставшей дыбом шерстью.

Звук повторился ещё раз. Как будто кто-то бил кулаком во что-то мягкое…

Я вскочила на ноги, и моё сердце мгновенно вскочило вместе со мной – оно вдруг болезненно ударилось в моё конвульсивно сжавшееся от страха горло. Так я поняла, что, несмотря на своё подавленное желание продолжать бороться за свою жизнь, умирать мне всё ещё очень страшно.

Схватившись за пистолет, я медленно, на цыпочках начала подкрадываться к двери.

Я аккуратно приоткрыла дверь, стараясь не сильно высовывать вперёд пистолет, чтобы случайно, из-за испуга, не истратить последний патрон в обойме. Темноту комнаты развеивал лишь тусклый прикроватный торшер с искривлённой шляпкой, светящий мрачным тёмно-жёлтым светом. В комнате никого не было. Никого, кроме трупа Тристана.

Осмелившись переступить порог комнаты лишь спустя полминуты напряжённого ожидания, я посмотрела на входную дверь: она была закрыта и к ней всё так же был приставлен табурет, который я принесла из ванной комнаты. Я резко перевела взгляд на дверь, ведущую в ванную комнату. Она была приоткрыта и из широкой щели в спальню просачивался чёрный мрак… К горлу подступил ком. Нет, это ведь я сама оставила её приоткрытой… Ведь оставила?.. Нет?.. Разве нет?..

Вытянув правую руку с пистолетом прямо перед собой и сразу же уловив её предательское, нервное дрожание, я мгновенно призвала на помощь и свою дрожащую левую руку. Удерживая пистолет обеими руками, я заставила себя продолжать медленное движение в сторону приоткрытой двери. Я не могла включить более яркий свет в комнате, если не хотела быть замеченной кем-то с улицы – именно эту мудрую мысль я нервно повторяла себе, забыв дышать и крадясь на цыпочках куда-то в пугающее “вперёд”. Звук был, он определённо точно был, целых три раза он прозвучал из этой комнаты…

Я была в изножьи кровати, на которой лежал труп, когда это случилось. От испытанного мной в эту секунду ужаса, граничащего с шоком, способным довести до сиюсекундного поседения, я едва не нажала на курок. И если бы нажала, непременно бы попала в грудь Тристана. Потому что мой пистолет абсолютно машинально дёрнулся в его сторону. Но он дёрнулся в его сторону потому, что отчётливый звук раздался именно с его стороны.