Она начала различать медсестер по шагам: пани Люцина ходила медленно, шаркая тапочками, пани Эльжбета энергично топала, словно компенсировала тем самым низкий рост. Иногда Юлита узнавала стук каблуков доктора Козловской; та целыми днями носилась из одного конца больницы в другой. А теперь она услышала другие шаги. Мужские, в обуви на твердой подошве. Дверь в ее палату открылась.

– Кто… Кто там? – прохрипела она.

Ответа не последовало, послышался лишь звук открываемой молнии, а затем тихие щелчки. “Что это, – судорожно соображала она, – что это?!” Юлита попыталась приподняться на локте, но тело залила боль, страшная боль, у нее помутнело в глазах, ей даже показалось, что палата наполнилась белым светом.

– И еще разочек с близкого расстояния… Улыбочка! – раздался мужской голос. Юлита увидела черный глаз объектива и не успела отреагировать, как снова сверкнула вспышка, один раз, второй, третий. – Прекрасно.

– Ты… Ты что делаешь?!

– А ты как думаешь? – мужчина убрал камеру от лица. Выбритые виски, длинные уложенные гелем волосы, зачесанные назад. – Фотографирую.

– Ты охренел?!

Папарацци не обращал на нее внимания. Он проверил, хорошо ли вышли снимки, после чего с довольным видом убрал камеру в чехол и галантно поклонился.

– Желаю скорейшего выздоровления, – сказал он и вышел в коридор. И снова стало тихо.

Юлита чувствовала, как у нее дрожат губы, как наполняются слезами глаза. “Только не разревись, – думала она, сжимая здоровую руку в кулак, – потому что будет больно, ужасно больно, а ты даже не сможешь вытереть сопли”. Впрочем, если вдуматься, ситуация по-своему забавная. Ее настигла дурная карма, наказание за грехи. Когда-то она писала статьи о звездах в больнице, теперь ее посиневшая рожа будет приносить клики. Она задумалась, как сама бы назвала материал. Может: “О НЕТ! ЗВЕЗДУ ИНТЕРНЕТА СБИЛ ЧЕРНЫЙ BMW. ЕЕ ХОТЕЛИ УБИТЬ?!”, или лучше так: “ОТ ОБНАЖЕННЫХ ФОТОГРАФИЙ ДО РЕАНИМАЦИИ: ДРАМА МОЛОДОЙ ЖУРНАЛИСТКИ”.

– Юлита?

Наконец-то знакомый голос. Магда.

– Привет, – откликнулась Юлита. Она еще не видела сестру, но слышала, как та снимает куртку, шуршит пакетом.

– Боже, как я испугалась… Как ты себя чувствуешь?

– Лучше не бывает.

– Прости… Дурацкий вопрос. – Магда села у кровати. Только теперь Юлита увидела ее покрасневшее лицо и растрепанные волосы. – Не знаю, что сказать… Я так, я так за тебя переживала…

– Врач говорит, что все будет хорошо.

– Да, но… Одна только мысль, что… Ну ты знаешь.

– Знаю. Уж поверь мне.

Магда схватила ее за руку, сжала. Чуть-чуть перестаралась.