Он договорился о встрече в баре прямо на пляже, рядом с променадом, по которому бегали загорелые джоггеры. Сел на веранде, заказал воду со льдом и наслаждался видом темнеющего океана. Отдельные любители серфинга еще барахтались в воде в надежде использовать последние светлые минуты, но без особого успеха: волны были слишком маленькими, вода – слишком спокойной.

Прокурор услышал тяжелые шаги, кто-то шел к его столику. Высокий грузный мужчина с потрескавшейся от солнца кожей, на вид лет сорок, может, пятьдесят. Редкие седеющие волосы, зачесанные назад, красная от бритья тупой бритвой шея. Цезарий узнал его по фотографиям, хотя, должно быть, их сделали несколько лет назад, когда он был стройнее. Сержант Натан Келли, основатель группы “Апория”.

– Господин сержант, сюда. – Прокурор встал и помахал. – Цезарий Бобжицкий. Спасибо, что…

– Как-как? – Полицейский наморщил лоб.

– Бобжицкий. Бо-бжи-цкий.

– Боб-шии-тски?

– Ну да. Спасибо, что согласились встретиться со мной.

– Во-первых, зови меня Нейт. – Сержант сел в кресло и вытянул ноги. На нем были старые незашнурованные кроссовки. – Во-вторых, не за что. Друг Майкла – мой друг, а кроме того… У меня сейчас много времени. Дорогуша… – Натан зацепил проходящую мимо официантку. – Будь так любезна, принеси мне бутылочку Tooheys.

– Сейчас, – юная девушка с веснушчатым лицом кивнула. – Темное или светлое?

– Темное.

– Уже несу.

– Так о чем ты хочешь поговорить? – Сержант повернулся к Цезарию.

– Думаю, ты догадываешься. Об операции Clockwise.

– Ах да. – Нейт провел пальцами по волосам и помолчал. – Ты раньше занимался делами педофилов?

– Нет. Это первое.

– Ясно. А у тебя крепкие нервы?

– Я прокурор. Положено иметь крепкие.