— Ни за что. Я не оставлю тебя, — запротестовала она. — Каждый раз, когда ты пытаешься сделать что-то одна, все заканчивается катастрофой. Поэтому нет. Даже не думай об этом.

— Ты не понимаешь! Если они узнают правду, они убьют тебя.

— Но они же не знают, так? И как они смогут это выяснить?

В ее словах был смысл. Они бы никогда не пустили Кейси ко мне, если бы хоть немного сомневались в ее преданности Аральту.

Тут я вспомнила про свои руки.

— Ты еще не закончила? — спросила я. — Посмотри, может, здесь есть что-нибудь, чем можно разрезать скотч.

— Лекси, послушай. Я знаю: есть что-то такое, о чем ты не хочешь мне говорить. Но что бы они от тебя ни требовали, сделай это. В этом нет ничего страшного. А если с тобой что-нибудь случится, что я скажу маме?

— На самом деле, это очень даже страшно, — проговорила я. — Кто-то должен умереть, Кейси.

— Ну… и что с того? Это же будем не ты и не я. И что с того?

— Что ты имеешь в виду, говоря, что это будем не ты и не я? Откуда тебе знать?

— Я хотела сказать, что вряд ли это будем ты или я. Это может быть кто угодно.

Я попробовала подвигать руками.

За все то время, что Кейси провозилась с ними, свободнее они не стали.

— Кейси, подойди сюда.

Пауза. Потом шуршание где-то сзади.

— У нас нет на это времени, Лекси.

— Просто подойди ко мне. Я хочу на тебя посмотреть.

— Зачем?

— Надо кое-что глянуть.

В ее голосе зазвучали недовольные нотки.