— Аральт полностью поддерживает свободу воли, — проговорила она. — Ты принимаешь свои собственные решения. Взять хотя бы вас с Картером. Ты сама хотела, чтобы он стал парнем мечты. Аральт просто исполнил твое желание.

В моем представлении о парне мечты не было постоянного преследования, но я не стала говорить об этом Меган. В ее словах было слишком много истины. С Картером все было в порядке, пока я не начала им манипулировать.

— Тебе придется прочитать это заклинание, так или иначе, — сказала Меган. — Так или иначе, тебе придется осознать, насколько для тебя важен Аральт. Поступи по-взрослому: перестань ныть и поблагодари Аральта за все, что он делает для тебя, хоть ты этого и не заслуживаешь.

— Не буду, — ответила я.

Меган вздохнула.

— Какая неблагодарная.

— Таши умерла, — сказала я. — Ее убила Лидия. Я больше никому не дам умереть.

Меган покачала головой.

— Тогда решение проблемы должно быть для тебя очевидно.

Я подняла на нее взгляд.

— Прочитай заклинание дважды сама, — пояснила она. — Принеси себя в жертву.

— Это же самоубийство!

— Самоубийство, убийство, — пожала плечами она. — Пока ты не начнешь смотреть на все это с более просвещенной точки зрения, тебя ничего не будет устраивать. Тут я не могу тебе помочь.

Она направилась к двери, а я наклонилась и начала развязывать веревки на лодыжках.

— Кроме того, — сказала она, обернувшись через плечо. — У нас есть доброволец. Хорошая новость, Леке: это всего-навсего Зоуи.

И захлопнула за собой дверь.

Я пыталась не думать о ее словах, но сложность заключалась в том, что они с Кейси были правы. Нам нужно было, так или иначе, выйти из этой ситуации. Насколько я знала, не существовало другого способа сделать это, кроме как подчиниться Фаррин, прочитать заклинание и дать одной из девочек умереть — дать Зоуи умереть. Иначе мы все сойдем с ума и окончим дни в палате психиатрической клиники.

Но я могла пожертвовать собой. Это бы решило все проблемы. Я бы спасла Зоуи, сестру, подруг… и мне не пришлось бы жить, зная, что на моей совести лежит чья-то смерть.

Только вот…

Мне было страшно.