После его заявления в салоне на несколько секунд установилась тишина, а затем Ада криво улыбнулась:

– Знаешь, Тоша, эту фразу должна была произнести я.

– Это ещё почему? – Платон попытался возмутиться, посмотрел на Илью в надежде на поддержку, разглядел на лице друга улыбку и смутился. Пробубнил: – Но у меня и правда плохие предчувствия.

Отвернулся и молчал весь оставшийся путь.

Все молчали: о Руслане они сказали всё, что могли, а говорить на другие темы не хотели.

Чем дальше от Москвы, тем меньше становилось машин, и даже обычно осторожный водитель Илья прибавил, начав то и дело превышать скорость, что вызвало у любящего погонять Платона снисходительную улыбку. Однако садиться за руль он больше не выражал желания.

Подъезжая к посёлку, Илья спросил:

– У ворот остановимся?

И Ада ответила:

– Обязательно.

– Может, сначала в дом?

– Может, нам не придётся в него заходить.

– Ты серьёзно?

– Нет. Но сначала давай поговорим со сторожем.

С пожилым отставным майором Беликовым, который вот уже несколько лет возглавлял охрану «Сухарей» и, разумеется, знал ребят лично.

– Заехали развеяться? – спросил он, выйдя из будки. И улыбнулся. Вроде как обычно улыбнулся, но забыл или не подумал о том, что перед ним уже не дети. Пусть ещё молодые ребята, но уже успевшие растерять часть наивности и мгновенно почувствовавшие фальшь.

– Вы знаете, зачем мы здесь, дядя Вася, – вдруг сказала Ада. И сказала так, что улыбка мгновенно сползла с лица отставного майора.

– Не понимаю.

– Вы понимаете, – поддержал подругу Илья. – И ещё вы понимаете, что мы ничего не сможем доказать. Но самое главное – мы не имеем к вам никаких претензий. Мы не идиоты.

– Вы ничего не могли сделать, – добавила Ада. – Мы просто хотим знать, что произошло.