Мирко кивнул.
– Да, это просто орел. И еще, Леон, ты рассказывал мне о криках зверя. Его тебе больше не нужно бояться.
– Конечно, я ведь больше не один, – сказал Леон. – Я слышал его, только когда оставался один.
– Ты никогда больше не будешь один.
– Это хорошо, – сказал Леон и принялся играть с чем-то, что нашел в траве.
– Посиди, поиграй, – сказал Мирко и встал. Леон не обратил внимания, как он отошел в сторону с сумкой Даники. Он сбросил ее с обрыва и удовлетворенно отметил, что та исчезла в зарослях терновника, где ее едва ли когда-либо обнаружат. Он подошел к выступу скалы, откуда мог осмотреть долину.
Темнота рассеивалась, солнце поднималось из-за гор и прожигало покрывало облаков. По другую сторону холма горел его родной дом. Красное зарево было одновременно красивым и удручающим. Деревья загораживали обзор, но он видел, что внизу много света. Машин.
Он уже собирался было вернуться, когда отметил неожиданное движение. Небольшая телега поворачивала с дороги к ферме Даники. Повозка была крытая, а на козлах кто-то сидел. Кто-то один. Больше Мирко ничего не смог разглядеть.
Быстро, подумал он не без легкого испуга. Получается, они с Леоном чудом успели улизнуть. Он вернулся к Леону и подхватил вещи.
– Идем, дружище. Будем идти, пока солнце совсем не встанет. Потом найдем, где позавтракать. Согласен?
– Да, – сказал Леон и отпустил то, с чем игрался в траве. Мирко успел увидеть, как темная тень исчезает за камнями.
Они тронулись в путь, Мирко не оборачивался. Горе камнем лежало в животе, там ему и оставаться, думал он. Он должен попытаться заключить его в отмеренные шаги, часы, года, вдохи. Теперь главное – Леон.
Они шли навстречу встающему солнцу, затуманенным лицом выглядывающему из-за далеких гор. Потом повернули на север. Леон преданным псом следовал за Мирко. Иногда он комментировал что-нибудь, что попадалось ему на глаза, Мирко с ним немного болтал. Это было приятно.
Приятно было быть вдвоем.
В какой-то момент Леон начал свистеть своим особенным, изумительным способом. Поразительно для шестилетки, подумал Мирко.
Семилетки? Семилетки! Вот черт. Он опять забыл. У Леона же день рождения!
Мирко подождал, пока Леон сам не закончит свистеть. Тогда положил руку мальчику на плечо.
– Слушай, Леон. Нам кое-что надо отпраздновать.