— Не было никакого смысла продолжать храбриться! — сказал Рори. — Это не по-человечески.

Мэтью снова сплюнул кровью и сделал глубокий, но прерывистый вздох. Выдохнув, он заставил себя выдавить:

— Согласен.

— Серьезно?

— Они не собирались останавливаться, пока не получили бы то, что им было нужно, — его речь становилась все менее внятной, как будто он пытался говорить с полным перьев ртом. — Господи, помоги судье Арчеру.

— Ты думаешь, они убьют его на месте?

— Нет, но они заберут его из больницы. Фэлл захочет, чтобы его привели, — Мэтью откинул голову назад, не обращая внимания на гвозди. Почувствовав их острый укол в голову, он невольно содрогнулся, кровавый приступ тошноты скрутил пищевод. Когда спазм закончился, все, чего Мэтью был способен желать, это провалиться в иллюзорную спасительную тьму обморока. Он сейчас был не сильнее разорванной тряпки. Но даже в этом состоянии он не мог перестать думать о том, что счет жизни Рори пошел на минуты. Когда Матушка Диар вернется, Рори будет обречен.

Мэтью принялся оглядываться вокруг, ища хоть какую-то надежду освободиться. Он попытался сдвинуть стул. Невозможно. Небольшой круглый столик тоже ничем помочь не мог. Масляные лампы чадили на стенах на расстоянии в целый континент. Он постарался высвободиться из сдерживающих руки ремней. Когда стало ясно, что, несмотря на мощные рывки, они не ослабились ни на дюйм, он вложил все остатки сил, чтобы сорвать ремни с лодыжек. Те тоже не двинулись.

Рори начал тихо посмеиваться.

— Да что с тобой? — Мэтью было тяжело говорить и шевелить своими поврежденными челюстями. — Что смешного?

— Ты. И эта твоя война со стулом и ремнями. Даже в том состоянии, в котором ты находишься, все равно сопротивляешься. Это достойно восхищения, Мэтью, но это и глупо.

— Почему?

— Нас сюда привели, как коров на убой. Ты знаешь это, это ведь ясно. Ну… я считаю, меня здесь точно забьют, как скотину. Так что лучше береги свои силы. Нет смысла бороться с тем, что ты не сможешь победить.

— Должен быть выход!

— Я представляю, сколько раз такие же упрямцы, как ты, говорили это, сидя на твоем же месте. Или думали так, по крайней мере. Вся эта кровь на полу… множество неудачников, вроде нас, попадали в эту комнату и умирали, — он шумно втянул воздух, задержал его и выдохнул с некоторым облегчением. — У меня было достаточно проблем с зубами, и я не хочу заработать еще, прежде чем с меня шкуру спустят.

Язык Мэтью упрямо тянулся к дырам, оставленным на месте зубов. Вкус крови во рту был отвратительным. Он подумал, что его снова вырвет, но огромным усилием заставил свой желудок успокоиться.