—      Где ты это раздобыл?

—      В Ютландии, летом. Похоже, что это от какого-то животного, не правда ли?

—      Конечно, от животного. А ты, верно, думал, что это какая-нибудь часть человеческого тела? Право же, Topсен, ты ничего не смыслишь в биологии. Нет у тебя к ней призвания!

—      А все-таки, что же это такое?

Лассен вертит и рассматривает кусочек с разных сторон. Он явно напоминает клык дикого кабана. Но в Ютландии, насколько известно Лассену, дикие кабаны не водятся. К тому же для кабаньего клыка он слишком легок. Честно признаться, что он не знает, как определить загадочный предмет, учитель не хочет. Он и без того слишком долго рассматривал находку, и в классе уже раздаются смешки.

—      Мне думается, — провозглашает, наконец, Лассен, — что это рог молодого козленка.

—      Вовсе нет, — улыбаясь, возражает Торсен. — Хотите знать, что это, господин Лассен? Это самая обыкновенная петушиная шпора!

Весь класс громко и торжествующе хохочет.

—      Что ж, все предметы надо рассматривать в их общей взаимосвязи, — невозмутимо отвечает Лассен. — Однако я еще далеко не убежден в том, что ошибся. И пока не будет доказано обратное, я останусь при своем мнении. Полагаю, что перед нами — молодой, недоразвитый рог.

—      Однако я сам нашел его на птичьем дворе, на хуторе у тетушки. И я лично знаком с петухом, который потерял одну из своих шпор, — по-прежнему с улыбкой настаивает Торсен. — Оставьте ее себе, господин Лассен, может быть, пригодится для школьной коллекции.

Ученики снова ухмыляются.

В этих условиях Торсену не приходится рассчитывать на хорошую отметку по естествознанию. В табеле появляется посредственная оценка, а рядом с нею рукой господина Лассена написано: «Знания ученика Торсена оставляют желать лучшего».

—      Странно, — удивляется отец Торсена, — ты же, кажется, по-настоящему интересуешься этим предметом. То и дело приносишь в дом всякую ползучую нечисть. Как же получается, что ты так плохо успеваешь по естествознанию?

—      Я и сам не понимаю. На уроках меня никогда не вызывают. Наверно, Лассен меня недолюбливает.

Но вот начинается следствие по делу о мышах.

—      Это на редкость гнусная выходка, — говорит ректор. — Я твердо намерен расследовать это дело. Если кому-нибудь известно имя виновного, он обязан назвать его. Покрывать такого грязного субъекта — значит следовать ложному чувству товарищества. Посрамлена честь нашей школы. Указать на дурного товарища, своей злонамеренной проделкой запятнавшего честь учебного заведения, — долг каждого ученика!