— Привет, — сказал тракторист.

— Приветик, — сказал ассистент.

— Как устроились? — спросил тракторист.

— Спасибо, отлично, — ответил Алексей Палыч.

Тракторист кивнул, словно подтверждая, что иначе и быть не могло.

— Ты, папаша, извини… — сказал тракторист.

— За что же?! — воскликнул Алексей Палыч. — Наоборот, мы вам очень благодарны.

Ассистент снова подмигнул и засмеялся. Но по роли слов ему, очевидно, отпущено было немного. Да и вообще присутствовал он не для дела, а для моральной поддержки.

— Спать ложитесь? — спросил тракторист.

— Да, собираемся.

— Ну, понятно, — согласился тракторист. — Вам, батя, конечно, отдохнуть не без пользы. А вы тоже спать будете? — поинтересовался он у Лжедмитриевны.

— Разумеется, — сказала Лжедмитриевна.

— Разумеется… — повторил ассистент и засмеялся.

— Восьмой час всего… — сказал тракторист. — Куры еще не ложились. В клубе кино уже идет, а потом танцы… Пойдемте в клуб, мы вас бесплатно проведем.

— Ну зачем же бесплатно… — сказал Алексей Палыч. — Мы в состоянии… Но дело в том, что…

— Мы вас приглашаем, — уже более настойчиво сказал тракторист. — Вы у нас вроде гостей. Неудобно все-таки…

Поначалу Алексей Палыч не сообразил, что неудобно — неудобно хозяевам не пригласить или неудобно гостям отказываться? Со свойственной ему деликатностью он воспринял прямой смысл слов, а не маскировку истины. Истина же заключалась в том, что атака велась не на него, а на Лжедмитриевну.

— Спасибо, — сказал Алексей Палыч, — но, знаете, мы не можем оставлять детей без присмотра.

— Это верно, — согласился тракторист. — Ладно, ты оставайся, папаша. А девушку отпусти. Отпустишь?

— Да я… — сказал Алексей Палыч. — Я собственно… Я ей не хозяин. Это уж как она сама…