— А если он не дрейфует, то его что-то удерживает, а это может быть только береговая линия. Согласны?
— Да, — подтвердил я.
Он снова обратился к Айрис:
— Так что подождем и посмотрим. Приглядывайте за ним, оба.
Часть четвертая Во льдах
Часть четвертая
Во льдах
Глава 1
Глава 1
Мы вступили в область пакового льда на второй день после Нового года в сопровождении двух горбатых китов. Мы шли тогда под косыми парусами, убрав прямые паруса и привязав спущенные реи вдоль бортов. Направляясь к югу, мы слишком отклонились в восточную часть моря Уэдделла. Течение, несущее воды по часовой стрелке, по-прежнему нам помогало, а благодаря ярко сияющим во время все более коротких ночей звездам у меня была возможность сделать все необходимые замеры и безошибочно определить наше положение.
Накануне нам повезло с ярким отсветом паковых льдов в небе, и нам было видно, где впереди пролегают коридоры чистой воды между ними. Мы выбрали самый большой, более мили в ширину, и лед по его берегам уже истаял за долгие дневные часы до состояния крошева. Установились превосходные условия для плавания: стабильный северо-западный ветер силой в три балла и почти полное отсутствие волн, только медленное колебание. «Айсвик» весело скользил на скорости в шесть-восемь узлов, и все мы на его борту пребывали в очень расслабленном настроении.
С севера на юг море Уэдделла простирается едва ли не на тысячу миль, и, следуя курсу, продиктованному Ангелом, не прямо, а виляя от одного разводья во льдах к другому, зачастую с кем-то из нас наверху мачты, корректирующим курс корабля, нам удавалось сохранять направление движения под углом в 192 градуса. Линия нашего курса рассекала берег таким образом, что Британская антарктическая станция в бухте Хелли оставалась далеко на востоке, проходя даже западнее бухты Васель на Берегу Луитпольда, на расстоянии не более ста миль от того места, где «Эндьюранс» Шеклтона застрял во льдах 18 января 1915 года.
По мере того как мы приближались к югу, на наше продвижение все более и более оказывали влияние льды, которые становились толще, были менее истаявшими, а проходы между ними все уже. Двенадцатого разразилась буря. Настоящая антарктическая метель засыпала нас мокрым снегом, облепляющим рубку и мачты, а когда наступила короткая, но холодная ночь, нам пришлось счищать его ледорубами. Поскольку у нас множество грузов было на палубе, существовала опасность того, что центр тяжести сместится слишком высоко и корабль потеряет устойчивость. Мысль о том, что мы можем перевернуться в этих водах посреди ночи, при заметающем снегом ветре, в порывах доходящем до семидесяти узлов, меня совсем не радовала!