«Мой фюрер, Ввиду вашего решения остаться на своем посту в цитадели Берлина, согласны ли вы на то, чтобы я немедленно принял на себя общее управление рейхом при полной свободе действий и решений, как на территории Германии, так и за рубежом, в качестве вашего преемника, в соответствии с вашим декретом от 29 июня 1941 года? Если к десяти вечера я не получу ответа на данную телеграмму, то буду считать, что вы не вольны в своих действиях в настоящий момент, следовательно, условия вашего декрета можно считать выполненными, и я буду действовать в интересах нашей страны и нашего народа. Вы знаете мои чувства к вам в эту тяжкую годину в жизни моей и всего германского народа. Эти чувства невозможно передать словами. Охраняй вас Господь от всяких напастей и бед, надеюсь на ваш скорейший приезд сюда, невзирая на все препятствия. Всегда верный вам Герман Геринг».

«Мой фюрер,

Ввиду вашего решения остаться на своем посту в цитадели Берлина, согласны ли вы на то, чтобы я немедленно принял на себя общее управление рейхом при полной свободе действий и решений, как на территории Германии, так и за рубежом, в качестве вашего преемника, в соответствии с вашим декретом от 29 июня 1941 года? Если к десяти вечера я не получу ответа на данную телеграмму, то буду считать, что вы не вольны в своих действиях в настоящий момент, следовательно, условия вашего декрета можно считать выполненными, и я буду действовать в интересах нашей страны и нашего народа. Вы знаете мои чувства к вам в эту тяжкую годину в жизни моей и всего германского народа. Эти чувства невозможно передать словами. Охраняй вас Господь от всяких напастей и бед, надеюсь на ваш скорейший приезд сюда, невзирая на все препятствия. Всегда верный вам Герман Геринг».

Фон Белов показал Грегори полученную копию документа, и они оба согласились с тем, что телеграмма составлена как нельзя более корректно и свидетельствует о лояльности рейхсмаршала и верноподданическом настроении. Но на беду Геринга, все последние годы кротоподобная деятельность Бормана была целиком и полностью направлена на дискредитацию всех видных нацистов, которые бы могли оспаривать его влияние на фюрера, а теперь у него появился реальный шанс окончательно избавиться от рейхсмаршала как конкурента в борьбе за власть. Он, понятно, не мог возражать против факта, что Геринг официально назначен преемником фюрера, однако в телеграмме присутствовала одна злополучная фраза, которая позволила ему влить яд в ухо Гитлера: «Если к десяти часам вечера я не получу ответа на данную телеграмму…»