Разговор закончился, а мистика осталась. Дело темное. То ли сам он выдумывает, то ли в самом деле, потусторонние силы, мудрят не намудрят. Однако ж, что-то опять легко коснулось и мягко тронуло загадочную русскую душу… Похоже, прикосновения касались конспирации и заметания следов… Поговорил по телефону, обнаружил свое место нахождение… Не стой бараном на открытой местности. Не загораживай своей фигурой, вид на всходящее солнце. Уходи. По возможности, как можно дальше. А если от утренней гимнастики и кроссов не отмахивался, то и как можно быстрее.

* * *

В Германии чем хорошо? Прекрасно развита сеть обслуживания тех, кто за рулем. Заправочные станции, буквально одна от другой на расстоянии взгляда. А еще, водители не пуганы, повсеместным нападением бандитов на автомобили и грузы. Поэтому, желающих подвести глухонемого сиротку с небрежно обритой головой, жалобно мычащего и беспомощно махающего в направлении куда ему нужно, было гораздо больше, чем нежелающих.

Когда он усаживался в кабину, для порядка покрутив у виска пальцем, выяснялось, что убогий-то, был с определенными странностями. Задумчиво глядя на дорогу, он вдруг совсем не к месту, начинал себе под нос что-то напевать или, что еще хуже, в такт музыке несущейся из радиоприемника, начинал дирижировать и правильно отбивать музыкальные доли и такты. Но это был глухонемой, а они все любят почудить. Поэтому, внимания на такое поведение никто из водителей не обращал, или, по крайней мере, делали вид, что напевающий глухонемой, это вполне привычное для Германии зрелище.

В самом деле, не вешаться же из-за этого. Тем более, что самое интересное в этой жизни, как правило всегда, еще впереди.

Когда он, по прежнему лысый, но без темных окуляров, проезжал мимо того места, откуда буквально пятнадцать минут назад беседовал по телефону. Там уже стояло несколько полицейских машин, расцвеченных специфическими огнями. Люди в форме делали свое нужное и важное дело. Брызгали водой. Как кадилом, размахивали жезлом. Вместе с уставшей собачонкой, нюхали воздух и пытались снять отпечатки пальцев с телефонной трубки. Они, наверное еще как-то пытались и себя взбодрить, и другим доказать необходимость своего присутствия в демократическом государстве.

Однако, Алексей всего остального уже не видел. Все потому, что в их сторону не смотрел, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Поэтому всего и не знает.

«Ай да Залупенко, ай да, Сукин сын!» — без восторга радовался он, за ушлого и умного пройдоху. Который, естественно добровольно и бескорыстно, вызвался помочь родной немецкой полиции в изобличении, розыске и привлечении к ответственности, особо опасного преступника.