Не имея представления о количестве гайдуков, спахии не торопились наступать. Они ожидали подкрепления. Из Сливена поодиночке мчались всадники. Вскоре прибыл небольшой янычарский отряд Сафар-бея. К вечеру Гамид имел около сотни воинов и только тогда отдал приказ о наступлении.

Часть спахиев пошла вдоль дороги, прячась в расщелинах, кустах и за скалами. Другая часть – бо́льшая – осталась на месте. Десятка два воинов полезли на склоны, чтобы обойти гайдуков сбоку.

– Спокойно, друзья! Подпустите врагов поближе – и тогда цельтесь точно! Чтоб ни одна пуля не пролетела мимо! – поучал своих соколов воевода. – Нас меньше, но за нами правда! Да живея Болгария!

Затрещали с обеих сторон выстрелы. Заклубились в долине сизые дымки. Тягостно повизгивали в воздухе оловянные пули.

Гайдуки берегли порох и поэтому, выполняя приказ воеводы, стреляли редко. Зорок глаз горца, тверда его рука! То в одном, то в другом месте вскрикивали раненые спахии, а то и замертво падали на холодные камни. После первого же приступа Гамид недосчитался больше десятка своих воинов. Столько же было ранено и отправлено в Сливен.

Как только наступило затишье, Яцько отложил в сторону мешочек с порохом (он заряжал янычарки для Романа и Гривы), заткнул за пояс два ятагана и незаметно шмыгнул в кустарник. Осторожно, чтобы ни одна ветка не шелохнулась, пробрался ущельем на противоположную часть горы и быстро засеменил в тыл врагам. Его все время беспокоила мысль об Арсене. Где он? Удалось ли ему уйти от преследователей? Может, он схвачен или убит? Если бы был живой и на свободе, то давно бы пришел в расположение гайдуков. Значит…

К вечеру Яцько, проделав немалый крюк по горам, оказался на склоне, откуда был виден как на ладони весь лагерь Гамида. Паренек лежал в кустах за камнем и следил за врагами, которые, как он скоро понял, готовились провести здесь ночь.

6

6

А в это время Арсен, связанный по рукам и ногам, лежал в яме под скалой, которая закрывала его от Яцька. Неподалеку сидел долговязый аскер и следил за пленным. Арсен не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Ему оставалось лишь одно: думать. И он вспоминал события последнего часа.

Спрыгнув с коня, он быстро полез на гору. Краем глаза заметил, что Златка крепко держится в седле и во весь дух мчится за Драганом. Это придало ему сил. Он продрался сквозь густые заросли дрока и вдруг оказался перед высокой каменной стеной. Как он не обратил на нее внимания! Мог же прыгнуть в другую сторону! Снизу к нему уже лезли спахии с выставленными вперед ятаганами.