батова; и, наконец, с резидентом охранки в Балтийском

флоте Кириллом Лавриненко, провалившим в 1906 году

революционное восстание на крейсере «Память Азова», после чего девяносто с лишним матросов были преданы

военному суду и семнадцать из них казнены.

К расследованию дел Окладского и Серебряковой я не-

посредственного отношения не имел, но в тот период, когда они были разоблачены, я уже был начинающим сле-

дователем; не раз присутствовал при их допросах и, на-

конец, был на судебных процессах обоих.

Что же касается Лавриненко, то следствие по его

делу я вел лично весною 1928 года, будучи тогда старшим