Джемс, почуяв опасность, как чуют пожар в доме, приготовился к неожиданностям.

Нельзя было терять времени. На месте Алана в этой глуши, окруженный врагами, сам Цезарь мог бы испугаться. Но Алан остался верен себе: он начал разговор в своем обычном насмешливом и простодушном тоне.

– Нынче у вас, кажется, опять выпал удачный денек, мистер Драммонд, – заметил он. – А не скажете ли вы нам, что у вас было за дело?

– Дело это личное, его не объяснить в двух словах, –

ответил Джемс. – Время терпит, и я все расскажу вам после обеда.

– А вот я в этом не уверен, – сказал Алан. – Я так полагаю, что это будет сейчас или никогда. Видите ли, мы с мистером Бэлфуром получили важные известия и собираемся в путь.

В глазах Джемса мелькнуло удивление, но он сохранил твердость.

– Мне довольно сказать одно слово, чтобы вы отказались от своего намерения, – сказал он. – Стоит лишь объяснить мое дело.

– Так говорите же, – сказал Алан. – Смелей! Или вы стесняетесь Дэвида?

– Мы оба можем разбогатеть, – сказал Джемс.

– Да неужто? – воскликнул Алан.

– Уверяю вас, сэр, – сказал Джемс. – Речь идет о сокровище Клуни.

– Не может быть! – воскликнул Алан. – Вы что-нибудь узнали про сокровище?

– Я знаю место, где оно спрятано, мистер Стюарт, и могу показать вам, – сказал Джемс.

– Вот это удача! – сказал Алан. – Не напрасно я приехал в Дюнкерк. Стало быть, в этом заключалось ваше дело, да?

Надеюсь, мы все поделим поровну?

– Да, сэр, в этом и заключалось дело, – подтвердил

Джемс.

– Так, так, – сказал Алан и продолжал все с тем же детским любопытством: – Стало быть, оно не имеет отношения к «Морскому коню»?

– К чему? – переспросил Джемс.