Меллори улыбнулся.

— Примерно в четырех милях к востоку я увидел бы турецкий берег, косо уходящий к северо-западу, к точке, что севернее Наварона. И еще – крутой утес, ближе к востоку. А прямо за утесом, милях в шестнадцати севернее, –

мыс Демирки. Не так ли? Кроме того, на одной линии с ним я увидел бы остров Ксерос. Милях в шести западнее –

остров Мейдос, первый из Лерадского архипелага, протянувшегося миль на пятьдесят к северо-востоку.

— На шестьдесят, – кивнул Дженсен. – У тебя неплохой глаз, малыш. У тебя достаточно смелости и опыта. – Он с минуту помолчал. – А надеюсь я на то, что тебе чертовски повезет. Одному Богу известно, как тебе необходимо везение.

Меллори ожидал продолжения, но Дженсен словно ушел в размышления. Только шуршание шин да приглушенный рокот сильного мотора нарушали ночную тишину.

Наконец Дженсен, не отрывая глаз от дороги, тихо заговорил:

— Сегодня суббота. Скорее даже раннее утро воскресенья. На острове Ксерос тысяча двести человек. Тысяча двести солдат, которые будут убиты, ранены или взяты в плен к следующей субботе. – Короткая кривая улыбка промелькнула на его губах и сразу исчезла. – Как вам нравится держать в руках жизнь тысячи человек, капитан

Меллори?

Меллори несколько долгих секунд глядел в непроницаемое лицо капитана и отвернулся. Бросил взгляд на карту.

«Тысяча двести человек на Ксеросе. Тысяча двести ожидающих смерти. Ксерос и Наварон. Ксерос и Наварон.

Как там говорилось в стихотворении, которое он столько лет заучивал в маленькой пастушеской деревушке возле

Куинстауна? «Чимборазо. .» Вот именно: «Чимборазо и

Котопакси, вы украли сердце мое.. » Ксерос и Наварон.

Они звучат так же слитно, как и те два названия. Ксерос и. .

Ксерос и. .» – Он замотал головой, пытаясь сосредоточиться. Все элементы загадки мало-помалу занимали свои места.

— Восемнадцать месяцев назад, после падения Греции, немцы захватили почти все острова Спорадес. Итальянцы к тому времени контролировали большинство Додеканозов.

К прошлому сентябрю мы постепенно заняли все крупные острова. Кроме Наварона. Слишком твердый орешек. Мы просто обошли его. Знаете, как реагировали на это немцы?

— Неистово?

— Вот именно, яростно. Политическое значение Турции в этой части мира трудно переоценить. Она всегда была или потенциальным партнером, или потенциальным противником. Большинство островов расположено всего в нескольких милях от побережья Турции. Вопрос восстановления доверия к Германии стоял на повестке дня.