Джейк немного помолчал, переваривая увиденное.
— Энни, — наконец тихо позвал он. — Ты собираешься мстить мне за свои обиды?
— Не мстить, — поправила она, — а восстанавливать справедливость.
Он снова бросил взгляд на сидящую неподалёку напарницу:
— Но зачем тебе Кейт? Она-то здесь при чём?
Энни положила руки на бёдра и усмехнулась:
— Разве вы не любите друг друга?
— С чего ты взяла?
— Меня не проведёшь, Джейк. К тому же я давно слежу за тобой. Мне известен каждый твой шаг… ну, почти каждый, — она запнулась, но не удержалась и спросила: — Лучше расскажи, как твои сослуживцы восприняли статью в газете? Они долго над тобой потешались?
Он покосился на неё с запоздалым прозрением:
— Так, значит, это ты дала Чарли газету?
— Ах, Чарли, этот милый коротышка Чарли, — томно произнесла Энни, вскинув глаза вверх. — Он влюбился в меня по самые уши. Именно благодаря ему я знала о тебе все подробности. Ваш Уэст — ценная находка для шпионов. Болтлив как баба.
Она взяла с журнального столика сигареты, закурила и, разгоняя рукой табачный дым, продолжала:
— Тонкие наблюдения этого хлюпика помогли мне найти твоё слабое место, Джейк, — Энни приблизилась к пленнице, бесцеремонно разглядывая связанную девушку, которая не сводила с неё напряжённых глаз. — А твоя подружка недурна, — вынесла она, наконец, строгую оценку. — Поздравляю, дружок, у тебя хороший вкус. Только до меня ей всё равно далеко. Согласен?
— Энни, что ты собираешься с нами сделать? — проигнорировал Джейк её вопрос. — Ты не причинишь вреда, по крайней мере, Кейт?
Его наивный вопрос изрядно позабавил Энни.
— Сожалею, милый, но твоя подружка — неотъемлемая часть моего плана, — она перестала улыбаться и презрительно скривила губы. — Вы умрёте! Оба!
Решив, что сказано и сделано уже более чем достаточно, Энни докурила сигарету и направилась к входной двери. Лишая пленников последней надежды, она осторожно закрепила свободный конец бечёвки на дверной ручке, потом вернулась к стеллажу.
— Энни, пожалуйста, не глупи, — продолжал упрашивать Джейк. — Ещё не поздно остановиться!..
— Поздно! — отрезала она.