Встретились в гардеробе. Инесса заботливо отряхнула шапочку от налипшего снега. Вместе вошли в зал.

— Что произошло? — пододвигая стул для Инессы и усаживаясь сам, спросил Грин.

— Ничего особенного… Наша последняя операция на черном рынке стала известна полиции.

Инесса не была посвящена в их дела. Потому Анри и завел разговор о «коммерческих делах» фирмы. Она не знала настоящего имени Грина. Муж был для нее начинающим коммерсантом, сыном богатых родителей.

Грин понял и начал расспрашивать о неудачной сделке.

— В своем доме вам нельзя появляться… Неизвестно, как обернется дело.

Дюрер должен был успеть на вечерний поезд. До начала комендантского часа надо было еще кое-что сделать. Расплатились с кельнером.

Поехали на вокзал, но поезд только что ушел. Следующий и последний отправлялся через полтора часа. Амри решил проверить — дознались ли в гестапо о квартире Грина. Вблизи дома стояли машины с погашенными фарами, на улице в темноте прохаживались какие-то люди. Грин зашел в кафе и позвонил домой. Мужской голос ответил по-немецки. Грин опустил трубку — в квартире гестаповцы.

Грин и Инесса укрылись в подпольной квартире. Анри вернулся на вокзал и вошел в вагон перед самым отходом поезда.

Ночь он провел без сна. Думал, прикидывал, перебирал под стук колес разные варианты.

Тревожило поведение Грина. Можно ли на него положиться?.. Вероятно, он, Анри, допустил ошибку, не оборвав в свое время его связь с Инессой. Но теперь думать об этом поздно. Решение, вероятно, правильное — отправить обоих в другое место.

Конечно, Анри предвидел возможность провала и принял некоторые меры — запретил выходить в эфир двум передатчикам из трех. И все же предотвратить провал не удалось. Теперь все зависело от того, как поведут себя арестованные… Главное — Софи: она шифровальщица, в ее руках судьба организации. И еще Камиль, он тоже знает шифр, знает, где скрыт резервный передатчик. Арнульд не вызывает опасения, она не повредит, даже если ее вынудят говорить. Она просто ничего не знает. Опаснее всего арест Познаньской. Выдержит ли она допросы в гестапо? Слабая, хрупкая, незащищенная. Как поведет себя?..

«Странно как все получается, — думал он. — Работа в подполье и положение на фронте стоят будто на разных сторонах невидимой амплитуды. Там успехи, здесь — осложнения». Шестнадцатого октября обозначился успех «сторожевой заставы», но оказалось, что именно в этот день Москва переживала самые тяжелые дни — немцы прорвались к ее стенам… Гитлер назначил день парада на Красной площади… Стояли наготове эйнзацкоманды, банды карателей, чтобы вступить вслед за войсками в поверженный город… Об этих командах Дюрер информировал тогда Центр… Сейчас гитлеровские войска отступают. Успех, радость первой победы! А здесь такие неудачи, провал группы!.. Не нужно строить иллюзий — опасность велика. Главное теперь — отвести угрозу от остальных. Не дать гестапо взять правильный след… Но как же все это случилось?