– Двое? – переспросил Киприан.

– Да. Я думаю, что лучше снова пойду туда. Палач уже почти не может его держать. Я не хочу пропустить самое интересное.

– Подождите. Почему именно духи монахов?

Парень, который уже успел отвернуться, вновь посмотрел на Киприана.

– Вы не местные, да? Там, гораздо дальше, когда-то был огромный монастырь. Он был разорен во время Гуситских войн, поэтому монахи его покинули и ушли в Браунау – и там основали католический монастырь. Повезло, да? Нескольких братьев они оставили как затворников. Потом случилась эта ужасная буря, лет двадцать тому назад или около того. Она разрушила монастырь полностью. С тех пор говорят, что монахи, которые умирают в Браунау, в виде черных духов возвращаются в старый монастырь, чтобы скорбеть о потере своего старого центра веры. Нет! – Парень поднес руки к лицу. – Ах, черт!

Осужденный соскользнул с лестницы, а лестница – с поперечной балки. Палач рухнул вниз, как паданец с ветки. Жертву на полпути вниз остановила веревка. Киприан дрогнул… Осужденный судорожно прогнулся, а потом тихо закачался туда-сюда. Публика издала испуганный возглас. Палач попытался восстановить остаток своего достоинства, поднялся из грязи, схватил повешенного за ногу и сильно за нее потянул. Он не сделал мертвого еще мертвее. Раздались слабые аплодисменты. У парня, который подбежал к Киприану и Андрею, вытянулось лицо. Киприан собирался сказать, что осужденный был невиновен, но проглотил свое замечание. Он догадывался, что Андрей чуть не сказал то же самое. Парень рядом с экипажем разочарованно топнул ногой по земле.

– Вот ведь дерьмо, черт возьми, – сказал он и прищурил глаза. – Наш палач слишком жирный. Придет время, когда мы возьмем кого-нибудь более ловкого.

– Этот монастырь полон духов? – осторожно уточнил Киприан.

Парень неопределенно показал на юго-восток.

– Там только груда камней на земле. Говорят, у них проказа. Это свидетельствует не в пользу существования духов, правда? Вы видели когда-нибудь духа, у которого отваливается нос?

– Только одного, который носил свои ноги в руках, – ответил Киприан.

Парень озадаченно уставился на него, потом громко расхохотался:

– Ноги в руки? Обалдеть можно!

Он хлопнул себя по бедрам. Киприан скривил лицо в улыбку, будто составленную из глиняных черепков.

– А вы за словом в карман не лезете, – отметил он.

Парень вытер слезу в уголке глаза.

– Я секретарь судебных заседаний, – произнес он, икая. – Если вы хотите в город, могу порекомендовать вам постоялый двор.

– Нет, нам нужно ехать дальше.

– Ах, вот как. Ну не беспокойтесь. Сегодня мы больше не будем вешать чужаков.