– И все же я удивлен, – отметил аббат, – что император или по крайней мере ваш дядя не предоставили вам рекомендательных писем.

«Все дело в том, что по плану перед тобой должны были сидеть настоящий Киприан и его дядя, – подумал Андрей. – Во всяком случае, если я все правильно понял». Он догадывался, что Киприан рассказал ему не все.

– Неужели вы не увидели герб моего дяди на экипаже?

– Да, но все же… при всем уважении, господин Хлесль… каждый может украсть экипаж и выдать его за свой.

Андрей и глазом не моргнул:

– Кто бы рискнул украсть экипаж епископа?

– Бывали случаи, когда у епископов крали лошадей и съедали прямо у них на глазах.

Отец Эрнандо пожал плечами и снова заерзал на своем стуле. У Андрея мороз пошел по коже, когда он понял, что происходит с доминиканцем: он чувствует присутствие библии дьявола! Будто сумев прочитать его мысли, монах повернул голову и посмотрел Андрею прямо в глаза. Юноша был шокирован. Почему он совершенно ничего не чувствовал, в то время как доминиканец, чья жизнь совершенно не была предопределена проклятой рукописью, мог ощущать ее присутствие?

– Кроме того, – добавил Андрей, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более непринужденно, – было бы несколько странно, если бы существовал документ, из которого следовало бы, что император Священной Римской империи просит о каком-то сокровище подобно мелочному торговцу, в то время как передать эту вещь императору уже само по себе является огромной честью для ее собственника.

Аббат улыбнулся и кивнул. Он откинулся назад:

– Я понимаю, что вы хотите сказать.

– К сожалению, я не понял намек, ваше преподобие.

– Знаете ли, Бог не наградил меня даром использовать тонкости речи, поэтому я обычно полагаюсь на символы.

Он сделал едва заметное движение рукой в сторону монаха, и тот резко раздвинул полы пальто. Андрей заметил черную рясу, прежде чем увидел арбалет, направленный ка него и Эрнандо. На несколько мгновений он абсолютно потерял самообладание. А потом вступил в силу рефлекс, который руководил им с тех пор, когда через занавес мелкого града он видел, как среди женщин и детей свирепствовал сумасшедший в черной рясе, – и горло ему сдавил ужас. Однако отец Эрнандо сидел совершенно спокойно.

Андрей не мог отвести взгляд от арбалета. Двадцать лет тому назад выстрел из этого оружия помог ему избежать гибели от рук черного монаха; а сейчас черный монах целился арбалетом прямо в него. Андрею было совершенно ясно, что аббат не просто сопроводит их под прицелом во двор, заставит сесть в экипаж и уехать отсюда. Арбалет был натянут не для того, чтобы запугать, а для того, чтобы убить.