- Что это у нас тут происходит… - Массимилиан усмехнулся, наслаждаясь резким поворотом судьбы. - Неужели, эти варвары попали в ту же ловушку, что и мы, господин.

- Похоже на то, - согласился Катон. Он не хотел давать центуриону и себе ложную надежду. Они все еще были крепко связаны и являлись пленниками Беникия и его людей. Он не питал иллюзий относительно их судьбы, если бы оказалось, что положение разбойников безнадежно. Они будут мертвы еще до того, как первый римлянин из деблокирующей колонны ступит на заставу. Он тихо произнес. - Сиди тихо. Давай пока помолчим.

Массимилиан вопросительно посмотрел на него, затем, заметив предупреждающий взгляд Катона, кивнул и слегка опустил голову, чтобы не встретиться взглядом с кем-нибудь из врагов.

Беникий заскочил на лестницу и спустился вниз. Он приостановился, постучав кулаком по подбородку, затем обернулся к Катону.

- Похоже, что твой вчерашний сигнал предупреждения был замечен, префект. Ваши люди окружили это укепление. К счастью, большинство моих людей уже сбежали в лес с добычей.

- Но не ты и не эти люди.

- Нет.

- Вы не сможете продержаться. У тебя меньше людей, чем у меня, и нет ворот, чтобы защитить тебя. Лучше сдаться. Если вы решите сражаться, вы наверняка умрете. Ты и все твои люди.

- И ты тоже. - Беникий постучал по рукоятке из слоновой кости кинжала, притороченного к его поясу, и Катон узнал в нем тот самый, который у него отобрали, когда он был без сознания. - Я перережу вам глотки задолго до того, как ваши солдаты прикончат меня... Но будем надеяться, что до этого не дойдет, а? Я не намерен ни умирать здесь, ни сдаваться вам, римлянам.

- Как ты думаешь сбежать?

- Я и мои люди выйдем отсюда с вами в качестве заложников. Ваши люди вряд ли будут рисковать вашими жизнями, останавливая нас.

Учитывая то, что он знал о вероятности того, что наместник заплатит какой-либо выкуп, Катон понимал, что они с такой же вероятностью умрут как пленники во вражеском лагере, как и здесь, на аванпосте. Вопрос был только во времени.

За стенами частокола послышался стук копыт, и раздался голос.

- Вы на заставе! Кто будет говорить со мной?

Катон узнал голос Аполлония. Значит, первыми на сигнал откликнулись люди из каструма под Августисом. Слишком поздно, чтобы спасти аванпост, но достаточно вовремя, чтобы отомстить за маленький гарнизон, который сражался до последнего.

Беникий поспешил к крепостному валу и взобрался на помост.

- Я! Я здесь командую.

- Кто ты, назовись? - спросил Аполлоний. - Как я должен к тебе обращаться?

- Беникий из Иленсы. Командир армии горного Царя.