По мере удаления от тесноты городских улиц настроение Катона постепенно улучшалось. Трибун Квинтилл затерялся среди всадников, окружавших царя, и молодой центурион скоро вовсе забыл о нем, любуясь открывавшимся его взору привольем. Конечно, пейзаж тут был не таким броским, а земля не такой возделанной и ухоженной, как в окрестностях Рима, но зато от нее так и веяло ничем еще не испорченной первозданностью, и свежие, чистые, природные ароматы радовали обоняние.

– Прекрасное местечко, где можно было бы поселиться, выйдя в отставку, – промолвил Макрон, догадавшись о мыслях приятеля по выражению его лица. – Конечно, после того, как мы надаем врагам таких пинков, что они никогда сюда больше не сунутся.

– А долго тебе еще служить? – спросил Катон с ноткой тревоги, ибо плохо представлял себе Второй легион без центуриона Макрона.

– Одиннадцать лет, если, конечно, по истечении этого срока я получу обещанное обеспечение.

– А ты опасаешься, что не получишь?

– Как знать? После разгрома Вара отслуживших полный срок ветеранов удерживали на службе, пока они не то что сражаться, а и жевать-то толком уже не могли. Кое-кому из этих ребят пришлось цапнуть Германика за руку своими беззубыми челюстями, чтобы он понял, что их пора распустить по домам.

– Да ну?

– Можешь мне верить. Когда я поступил на службу, такие еще оставались в строю. Бедняги. Знай германцы, что в Рейнских легионах служат старики, едва способные поднять меч, они бы прошли через всю Галлию, как дерьмо сквозь гуся.

– Хорошо сказано.

– Главное, верно. Нас, солдат, всегда держат в дерьме, в то время как в Риме долбаные политики сваливают вину за это один на другого. Мерзавцы!

– Подожди, нынче же все иначе, – возразил Катон. – Отслужившие полный срок ветераны выходят в отставку, как и положено, с полным обеспечением. Кажется, это им гарантирует сам император.

– Так оно и есть. И думаю, старина Клавдий своих слов не нарушит, да только он ведь не вечен, – печально промолвил Макрон. – А ждать, что ему на смену придет порядочный человек, не приходится. Наверняка власть захватит кто-нибудь вроде Калигулы, а зная наше везение, можно предположить, что и хуже того – например, вроде Вителлия.

Катон покачал головой и криво усмехнулся:

– Вителлия? Ох, не выдумывай! Любому ясно, что это пустышка. Вителлий – и вдруг император? Нет, не смеши меня. Это не лезет ни в какие ворота.

– Ты так считаешь? – Макрон стал серьезным. – А вот я бы поставил на него хорошие деньги.

– И распростился бы с ними.

– Я знаю такой тип людей, их амбициям нет предела. – Макрон махнул рукой в сторону головы колонны. – Яркий пример тому – наш приятель Квинтилл.