Череп его с тупым хрустом проломился, легионер пинком вытолкнул тело невезучего воина наружу, створки захлопнулись, и запор снова встал на место. Враги снаружи в бессильной ярости и досаде обрушили на ворота град грохочущих ударов, в то время как Катон, стоя на четвереньках, ловил ртом воздух.
– Катон! – крикнул Макрон ему. – Ты не ранен?
Катон помахал рукой.
– Отлично. Тогда тебе лучше подняться сюда и заняться осиным гнездом, которое вы там разворошили.
Глава 37
Глава 37
– Отнесите раненых в чертог, – велел Катон, поднимаясь по лестнице к Макрону.
Телохранители Верики уже сомкнулись перед царем, и Кадминий вновь бережно уложил старика на носилки.
– А с этим как быть, командир? – спросил Мандракс, кивнув в сторону окровавленного, избитого принца атребатов, валявшегося перед ним на земле, у подножия штандарта Волков.
Катон оглянулся через плечо:
– Отведи его туда же, в зал. Он должен быть связан, но доставлен в целости и сохранности. Невредимым, понял?
Мандракс с разочарованным видом ткнул Тинкоммия острием штандарта:
– Поднимайся, ты…
Катон выбросил предателя из головы и протиснулся мимо царских охранников к частоколу. Облепившие его легионеры и Волки швыряли всем, что подворачивалось им под руку, в сгрудившихся у ворот дуротригов. Ответных бросков или выстрелов производилось не много, в тесной толпе просто не было места, чтобы замахнуться дротиком или раскрутить пращу, так что под стеной число пострадавших росло куда скорее, чем наверху.
– Они никогда не учатся, – прокричал Макрон ему в ухо.
– Да уж, – хрипло отозвался Катон, еще не отдышавшийся после пробежки. Он вскинул руку. – Посмотри-ка туда.
Из лабиринта окружавших царскую усадьбу хижин на подводящую к воротам улицу выходило множество узких проулков. Дуротриги растекались по ним и пропадали из виду. Макрон повернулся к Катону:
– Я позабочусь о том, чтобы тут все шло как надо. А ты разберись, что это за проулки, и проверь, прикрыты ли все места возможных подступов к частоколу.
– Есть, командир!
Катон повернулся кругом и спросил ближайшего местного воина: