— То, что ты сказала… Это правда?

— Да! — не медля ни секунды, ответила Ниса.

После ее ответа в зале вновь повисло молчание. В последний раз взглянув на черную кровь, стекающую с сердца Сиенны, и сглотнув вязкую слюну, что подошла к самому горлу, Бран серьезным тоном произнес:

— Я отказываюсь становиться частью Салфура, Одвал. Я убил Сиенну, выполнил уговор. Теперь требую отвести нас с Нисой обратно в Ардстро.

— Что ж, — скрипя зубами, ответил сатир. — Так тому и быть.

Сжав сердце Сиенны в ладонях, Одвал стал проговаривать полушепотом какие-то странные слова. От его рук стало распространяться нечто вроде тумана. Пелена окутала кровавое сердце в плотный кокон и подняло его в воздух.

— Что это было?! — в шоке от происходящего, воскликнул Бран.

— Ничего, что могло бы стать интересным человеку, — последнее слово сатир проговорил сквозь зубы, он явно был огорчен расстроенными планами и даже не пытался скрыть этого.

Разобравшись с сердцем, Одвал направился к выходу из пещеры. Он шагал медленно, цокая своими массивными копытами. И все время молчал, шествуя впереди и даже не оборачиваясь на детей. Прошел через все каменные лабиринты так, будто еще пару часов назад не путался в них, словно изначально знал, куда идти. Бран заметил эту небольшую странность, но не попытался спросить Одвала об этом, знал, что тот не ответит.

Когда они наконец выбрались из сырого логова в багряный густой бор, ласкающий уши своими дивными звуками чарующей осени, сатир взмахнул руками и высокие деревья-исполины тотчас расступились перед ними, открывая вид на узенькую кривую дорожку, спускающуюся, подобно горной реке, вниз и ведущую прямо к небольшим деревянным домикам, рассыпанным подле друг друга. Это был путь к их долгожданной цели — к родной деревне Ардстро.

Бран стоял в оцепенении, глядя на покосившиеся крыши знакомых маленьких домов, на узкие улочки, подсвеченные нежно-розовыми лучами рассветного солнца, на густой дым, уходящий из оранжевых труб длинной кривой дорожкой в небо. Стоял и не верил в то, что это случилось, не верил в то, что смог дожить до этого дня.

— Неужели Ардстро все это время была так близко к нам? — дрожащими губами спросила Ниса и с непониманием взглянула на Одвала.

— И да и нет, — коротко ответил сатир.

После того, как Бран отказался стать следующим правителем Салфура, он изменился, став более мрачным и отстраненным.

— Но вы так просто раздвинули деревья, — продолжая с неразумением глядеть на Одвала, спросила девочка. — Почему не сделали этого раньше?

— У меня были на то причины, — холодно ответил сатир и, скрестив крупные руки на груди, также сухо добавил: — Теперь, если вам больше нечего сказать мне, я вынужден уйти.