— А затем я смогу располагать собой?

— Сколько угодно! Можете делать, что хотите. Хотя, разумеется, эта комната остается за вами… Да, вы, по-моему, рассказывали о своем сыне…

— Совершенно верно, монсеньор, — кивнул Пардальян, насторожившись.

— Он, видимо, хороший фехтовальщик?

— Естественно, чуть что — сразу хватается за шпагу.

— Так представьте его мне! Где он квартирует?

— Поблизости от холма Святой Женевьевы.

— Странное место он выбрал. Что же, ваш сын хочет стать аббатом или судейским?

— Помилуй Бог! Но компания школяров ему нравится, шляются по кабакам, шумят, любят поболтать и подраться.

— Что ж, я надеюсь познакомиться с этим юношей, — улыбнулся Анри и покинул комнату.

«Ага, — сообразил Пардальян, — если маршал думает, что завтра я приду сюда вместе с Жаном, стало быть, нынче он ничего предпринимать не собирается. А я после полуночи буду свободен — и сразу побегу на постоялый двор. Пока же надо вести себя тихо. Например, вздремнуть!»

Пардальян-старший отстегнул шпагу, скинул перевязь и растянулся на кровати, где и прохрапел до самого ужина.

В десять часов вечера Анри де Монморанси закончил отдавать приказы. Лишь Жиль, личный лакей маршала и его управляющий, служивший Анри как верный пес, знал, куда доставят прекрасных пленниц. Маршал загодя отправил его на улицу де Ла Аш — убедиться, все ли там готово к приезду дам и не болтаются ли вокруг какие-нибудь подозрительные личности.

Виконту д'Аспремону было велено занять место на козлах и править лошадьми. В начале улицы де Ла Аш он, согласно плану, спрыгнет на землю, и маршал в одиночестве поведет под уздцы впряженных в экипаж коней до самой калитки в ограде, которая высилась вокруг домика Алисы. Пардальяну же предстояло шагать вслед за каретой, а затем вместе с д'Аспремоном ожидать Анри в начале улицы де Ла Аш.

Таким образом, новое место заточения Жанны и Лоизы оставалось тайной для всех, кроме маршала и Жиля.

В одиннадцать виконт позвал Пардальяна, и оба они поспешили во двор. Там уже ожидал экипаж. Похоже, драгоценный клад маршала давно находился внутри кареты, окна которой были закрыты занавесками, а дверцы заперты на замок.

Д'Аспремон взобрался на козлы, а Анри Монморанси, уже сидя на коне, продолжал инструктировать Пардальяна:

— Мы будем двигаться очень медленно, следите за каретой шагах в десяти. Если кто-нибудь рискнет подойти к экипажу, действуйте немедленно… Все ясно?

Пардальян молча продемонстрировал спрятанную под плащом шпагу. Кроме нее, ветеран вооружился пистолетом и кинжалом.

Маршал взмахнул рукой, и ворота дворца открылись; сначала выехал на своем жеребце сам хозяин, потом экипаж; последним, вглядываясь во тьму, вышел Пардальян.