— Крик? Так ты, и правда, надеешься, что я разрешу тебе хоть пискнуть?

И не успел Дидье опомниться, как Пардальян, схватив свой широкий шарф, быстренько соорудил кляп, засунул его любезному слуге в рот и затянул узлом на затылке.

Дидье рухнул на колени и с мольбой посмотрел на офицера. Этот взгляд без всяких слов говорил о том, что слуга подчиняется грубой силе.

— Вот так-то, — удовлетворенно улыбнулся Пардальян. — Похоже, ты меня понял. Перестанешь наконец действовать мне на нервы своим постоянным «господин офицер, господин офицер…»? Будешь слушаться?

Бедный слуга преданно выкатил глаза.

— Ну то-то. Раздевайся и давай сюда свою ливрею с гербами, желтые чулки и шляпу с эгретом… Натягивай мой камзол и сапоги, а я облачусь в твой дивный наряд. Уж очень мне хочется побыть в слугах у господина управляющего монсеньора маршала де Данвиля.

Ветеран помог трясущемуся Дидье освободиться от ливреи, и вскоре оба совершенно преобразились: на слуге теперь был серый камзол, а на Пардальяне — лакейское платье.

— А теперь соблаговолите лечь, господин офицер, — скомандовал Пардальян.

Он бросил Дидье на кровать и с головой укутал его одеялом.

— Если кто-нибудь сюда заглянет, храпи погромче, — распорядился он. — И не вздумай выкинуть какой-нибудь фортель! А то я тебя на куски разрублю! И уши отрежу!

С этими словами Пардальян осторожно выскользнул из комнаты и на миг замер в коридоре.

Тут царил полумрак, и Пардальян начал ощупью пробираться к винтовой лестнице. Но не успел он сделать и двух шагов, как маленькая дверь распахнулась и из темноты вынырнул тот самый лакей, который был с маршалом де Данвилем в Пон-де-Се.

Пардальян молниеносно отпрыгнул к двери своей комнаты.

— Чем занимается господин офицер? — осведомился лакей.

— Спит! — лаконично сообщил Пардальян.

Лакей заглянул в комнату, услышал раскатистый храп мужчины, уютно устроившегося в постели, и тихо проговорил:

— Все в порядке. Никуда не отлучайся, а когда он встанет, доложи мне.

Лакей маршала, осторожно ступая, двинулся к парадной лестнице.

— Пронесло! — отер пот со лба Пардальян. — У меня аж волосы дыбом встали! Ну, теперь наверняка сюда часа два никто не придет. Я свободен! Вперед!

И Пардальян бросился к винтовой лесенке.