– Неужели? – переспросил премьер-министр, у которого со счетом было получше, и Номбеко снова метнула на него сердитый взгляд.

Что-то было в короле, что по-настоящему удручало Хольгера-1 и Селестину. Что-то неуловимое. То ли сорочка в кровавую крапинку? То ли закатанные рукава? То ли золотые запонки, на время сложенные в пустую стопку возле мойки? То ли отвратительный, увешанный медалями китель, так и оставшийся висеть на стене курятника?

Или то, что король только что зарезал трех кур?

Короли не могут резать кур!

Кстати, и премьер-министры картошку не копают (по крайней мере, во фраке), но главное – короли не режут кур!

Пока первый номер и Селестина осмысляли эти противоречия, король ухитрился усугубить ситуацию. Они с Гертруд затронули тему картофелеводства, а следом – старого трактора, давно никому тут не нужного, – и слава богу, все равно он не работает. Гертруд изложила монарху суть проблемы, и тот ответил, что MF-35 – это тонкая штучка и требует ласки и ухода. А затем предложил почистить дизельный фильтр и форсунку. После этого машина запросто раскочегарится, если только аккумулятор не сел окончательно.

Фильтр и форсунку? Короли не чинят трактора!

Ужин завершился. После кофе и прогулки вдвоем, чтобы посмотреть на MF-35, король и Гертруд вернулись принять по последнему «Маннергейму».

Тем временем премьер-министр Райнфельдт убрал со стола и навел порядок на кухне. Чтобы лишний раз не пачкать фрак, он надел графинин фартук.

Хольгер-1 с Селестиной сидели и шептались в одном углу, а его брат с Номбеко – в другом. О том, как они видят ситуацию и каким должен быть следующий стратегический ход.

Тут дверь распахнулась. На пороге возник немолодой мужчина с пистолетом в руке и рявкнул по-английски, чтобы все оставались на своих местах и не делали резких движений.

– Что происходит? – Премьер-министр Райнфельдт застыл с посудной щеткой в руках.

Номбеко ответила премьеру на английском, изложив все как есть: в дом только что ворвался агент израильского МОССАД с целью захвата атомной бомбы, лежащей в картофелевозе.

Глава 21 Об утраченном присутствии духа и о том, как один близнец выстрелил в другого

Глава 21

Об утраченном присутствии духа и о том, как один близнец выстрелил в другого

Тринадцать лет – долгий срок, если проводишь его за письменным столом, не имея никакого осмысленного занятия. Наконец для агента Б настал последний день его карьеры. Агенту стукнуло шестьдесят пять лет и девять дней. Девять дней назад его поблагодарили за службу миндальным тортом и торжественной речью. Однако речь начальника была хоть и торжественна, но фальшива, отчего миндаль в торте здорово горчил.