Вскочив, Богданов успел подхватить Кузнецова под руки, когда тот начал оседать на пол. Сажать на стул не имело смысла, невооружённым глазом было видно, что человеку плохо настолько, что тот не в состоянии контролировать ни свои действия, ни то, что происходит вокруг. Надо было тащить в комнату и уже там дать возможность принять человеку горизонтальное положение.

Богданов начал пятиться к выходу.

Кузнецов при этом дышал так, словно в квартире не хватало воздуха. Ловя кислород ртом, он выпучивал глаза до такой степени, что казалось ещё мгновение, и те лопнут от перенапряжения.

Илье с трудом удалось уложить Дмитрия на диван, не забыв при этом подложить под голову подушку. Дальше всё делалось автоматически. Бегом на кухню, чуть медленнее обратно, потому как в руках стакан с водой.

Привстав на колено, приподнял гостю голову и, поднеся ко рту стакан, произнёс: «Пей».

Тот, сделав глоток, открыл глаза. После чего последовал вздох и долгий отсутствующий взгляд в потолок. Через пару минут дыхание пришло в норму, заставив сползти с лица мраморность. Появились проблески румянца. Ещё через минуту Кузнецов, подняв голову, огляделся.

— Где я?

Голос, дрогнув, стих. Стало ясно, что каждое слово даётся с трудом.

— У меня в квартире.

— Помню. Сидели на кухне, разговаривали. Потом огромных размеров дыра, свист, и я лечу в пустоту, и кажется, что сверху надвигается огненный вал. Я что терял сознание?

— Ненадолго. Упав на пол, начал биться в конвульсиях. Я растерялся. Хотел было скорую вызвать, но ты начал приходить в себя, и я перетащил тебя в комнату.

— Сколько времени прошло с момента начала приступа?

— Восемь минут, от силы девять.

Предприняв попытку сесть, Дмитрий вынужден был отказаться.

— Контузия, будь она проклята. В 2006 на подъезде к одному из чеченских селений подорвались на мине. Час назад прозжали — ничего, обратно едем, вот вам, пожалуйста, шарахнуло так, будто земля пополам треснула. Помню взрыв, огонь. Очнулся в госпитале. Водителя и одного из местных — в глушняк. Меня спасло то, что крыша у машины была брезентовая. Не заметил, как вылетел.

— И часто у тебя такое?

— Как из армии уволился, стало реже, а так раз в неделю.

— И что никаких предварительных ощущений?

— Сухость во рту, головокружение, тошнота. Кофе выпью, проходит. Чаще не успеваю, только таблетками и спасаюсь. Почувствовав недомогание, пару штук в рот и вновь в норме.

— Чего же сейчас не стал глотать?