— А по поводу, что столько лет гноил?

— Поначалу ни слова. Потом, когда по рюмашке выпили, прослезился. Вы, говорит, зла на старика не держите, хотел, чтоб как лучше было, получилось, как всегда. Теперь вот, прозрев, понял, не нужно было вмешиваться, нужно было, чтобы жизнь разобралась сама.

— Так прямо и сказал?

До этого молчаливо наблюдавший за разговором Богданов впился в Рученкова взглядом.

— Мало того, предложил считать конфликт исчерпанным. Оксана в слёзы.

— Ты, судя по интонации, не поверил?

Глянув на Богданова так, будто пытался прочитать ход мыслей, Виктор перевёл взгляд на Кузнецова.

— Я так понимаю, Илья в курсе наших с Гришиным отношений?

— Да, — не моргнув глазом, ответил тот. — Ситуация вокруг архива Соколовых складывается так, что пришло время рассказать.

— Стоп! Господа! — повысив голос, Илья заставил гостей перевести взгляды на него. — Не знаю, как вас, но меня больше интересует, почему про войну Виктора с Гришиным, я узнаю последним. Это первое. Второе, почему враг мой оказывается враг не только мне, но и моему другу, приходящемуся по совместительству тому зятем? Согласись, ситуация неординарная.

— Ничего особенного, — начав разливать водку, пробубнил Рученков. — Сегодня подобное сплошь и рядом. А не рассказывал потому, что не хотел перекладывать проблемы характера на плечи того, кого это касается меньше всего.

— Вот значит, как?! — взорвался Богданов. — Водку жрать, на биллиарде играть, это мы братья на веки. Когда же дело доходит до личных проблем, мой дом — моя крепость и не хрен в неё соваться.

— Ты неправильно понял.

Попытка Виктора защититься выглядела как оправдание, на что Илья отреагировал со свойственной ему прямолинейностью.

— Нет, господин Рученков, это ты не захотел признать отношения наши как часть твоей жизни. Оттого и не решился открыться. Затаился в норе, как сыч. Жену такой же сделал. Знаешь, как про таких говорят?

— Как?

— Сами себе на уме. Посему возникает вопрос, с какой стати понадобилось организовывать мне с Элизабет прикрытие? Отказать неудобно было?

— Не говори ерунды.

— Нет. Ты ответь.

— И отвечу.