– Капитан, наверху очень обеспокоены, – вставил, качая головой, Верещагин. – Вы сами не хуже меня представляете, какой значимостью пользуются проекты, связанные с подлодками. А там, – Верещагин показал пальцем вверх, – долго разбираться не станут, и если нападения будут повторяться, то полетят головы уже других людей.

Выслушав, Листровский взял небольшую паузу.

– Ограничьте передвижение работников секретных предприятий, – обратился капитан к мужчине в штатском, – пусть не слоняются за пределами населенных пунктов. Мне нужно, как минимум четырнадцать дней, – теперь он уже говорил с Верещагиным. – Результат будет, только надо полностью перекрыть долину, чтобы никто не вздумал туда случайно зайти.

Троица погрузилась в раздумья. Верещагин поднялся и посмотрел на мужчину в штатском, от взгляда которого стена кабинета рисковала получить хорошую дырку. Похоже, решение должен был принимать «серый кардинал», а не полковник. Через минуту «кардинал» утвердительно кивнул головой, сопроводив свое решение коротким:

– Пусть, две недели. Закрывайте зону по полной программе.

– Итак, у вас две недели, капитан, – подытожил Верещагин.

– Но это не все, – вдруг снова вернулась в беседу женщина. – Теперь у вас будет еще одна задача.

Листровский чуть сощурился, от задач, которые ставят женщины, он никогда не ждал ничего приятного.

– Вам, капитан, будет необходимо поймать неизвестное существо, коль вы не можете его убить. Оно нам нужно живьем.

В глазах Листровского прочиталось что-то вроде: «Вы в своем уме!»

– А если я не смогу обеспечить живучесть этого существа при проведении операции? – с ухмылкой, глядя на женщину, спросил капитан.

– Вы уж постарайтесь, – она ответила ему милой змеиной улыбкой.

Они еще секунд пять смотрели друг на друга, не меняя выражения своих лиц.

– Если задачи ясны, вы можете быть свободны, капитан, – произнес Верещагин и показал ладонью на дверь.

Листровский встал со стула, но прошел всего пару метров.

– Мне нужны материалы спецоперации ВЧК 24-го года по поимке Уральского оборотня, если такая операция, конечно, имела место быть, – сказал он.

Глава двенадцатая. Ночь в психушке

Глава двенадцатая. Ночь в психушке

– Куда мы? – спросил Шакулин, усаживаясь в машину рядом с Листровским.

– В музей, – капитан резко повернул ключ зажигания. – Пора мне лично познакомиться с некоторыми товарищами.