– Несколько лет назад среди нас оказался меченый. Его разум помутился, когда им завладел Уутьема. Зверь воцарился в долине, но ненадолго. Нам пришлось самим напоить ядом нашего больного брата и выйти на охоту. После смерти меченого Уутьема продолжает пребывать в теле зверя, и только после ранения рассыпается в прах и превращается в злой дух. За десять дней охоты мы потеряли еще пятерых братьев, но сумели загнать Уутьема в западню, где и разделались с ним. Его тело растаяло у нас на глазах. Он очень умен, почти как человек. И вот теперь он снова воплотился. Но с Уутьема и его духом можно покончить навсегда. Жаль, что об этом мы узнали недавно, – добавил старовер, встал со своего места и закрыл окошко.

Повествование было так неожиданно прервано, что кгбэшники не сразу поняли, что аудиенция окончена. Они еще полминуты подождали, будет ли продолжение. Но старец не возвращался.

– Двинулись! – негромко проговорил Листровский, кивая в направлении выхода Шакулину.

Они молча прошли через общую комнату и пещерный лаз, и выбрались обратно на свет под сень смешанного леса. Пение птиц, казалось, вернуло их из другого таинственного мира в реальность, где сквозь ветки деревьев, ласково светили лучи солнца, и упорно стучал по коре дятел.

Листровский поднял с земли небольшую зеленую шишку.

– Если опустить «голубой шар» над Круглой горой, «розовый мир» и «нашептывание лесных духов», то все очень неплохо совпадает с тем, что мы знаем. – Он был как всегда спокоен и сосредоточен, запуская шишку в кусты.

Шакулин же выглядел излишне возбужденным. На него все только что виденное и услышанное, произвело намного большее впечатление.

– Евгений Палыч, наш Коробов – меченый! Такой же, как ранее ими были Воронов и Порфирьев. Когда они умирали, оборотень пропадал. Это же, как пить дать!

Листровский скептически взглянул на всполошенного коллегу.

– Будем проверять. Кстати, где Глазьев?

Охотника и вправду не было нигде видно. Листровский обернулся вокруг своей оси, ища глазами его фигуру.

– Нам нужно скорее возвращаться в город, – заметил Листровский. – Когда вы, Сергей, смотрели документы по Нестерову, кто значился в его родителях, помните?

Шакулин призадумался.

– По-моему, там было обозначено, что он сирота, – ответил лейтенант.

– То-то и оно. Никакой он не сирота. Нестеров из этих. – Листровский кивнул в направлении пещеры. – Он из раскольников. Вот, откуда у него маска. – Куда Глазьев делся-то?

– А вдруг маску Нестерову подарил сам Глазьев?

– Вполне возможно.

Из-за деревьев показался охотник.

– Простите, я не думал, что вы так быстро закончите, – извинился он.