— Там и Питер будет. Что, интересует такая приманка?

— Это нечестно. Шантажист, — запротестовала она.

— Так ты приедешь?

— Ты сам знаешь, что да. Не пропущу ни за какие блага на свете. — Она придвинулась поближе. — Сочту за честь… Сердцеед несчастный.

— Теперь у меня две морские ведьмы.

— А ты мой колдун.

— Ничего себе компания, — хмыкнул он. — Натворим чудес полный короб.

— Слушай, раз уж мы с тобой не спим и сейчас только два часа ночи, то… Ничего, если я попрошу сотворить для меня еще одно нескромное чудо из твоего репертуара? Буду очень обязана.

— Всегда с большим удовольствием…

Выходя из американского консульства, Николас взглянул на «Ролекс». Пожалуй, еще слишком рано. Поэтому он умерил темп и неторопливо зашагал по площади Согласия, не обращая внимания на мелкий дождик, успевший осыпать бисером его короткополое пальто.

Лазарус, как выяснилось, прибыл на место встречи первым и сейчас стоял под одной из статуй на углу площади, ближайшем к французскому адмиралтейству.

— Пойдемте подыщем себе место потеплее, — предложил Ник, даже не поприветствовав коротышку.

— Нет, — сказал Лазарус, блеснув толстенными линзами очков, от которых его глаза вечно казались навыкате. — Лучше побродим.

Он повел Ника в подземный переход, оттуда они поднялись на прогулочную эстакаду над набережной Сены и направились в сторону Пти-Пале.

В такой неприятный, сырой день они оказались здесь единственными пешеходами. Впрочем, чтобы убедиться в этом окончательно, Лазарусу потребовалось прошагать еще три-четыре сотни метров, постоянно сбиваясь с шага и пытаясь подстроить семенящую походку к широкой поступи спутника. «Все равно что прогуливаться с Тулуз-Лотреком», — усмехнулся Ник про себя. Лазарус заговорил, то и дело оборачиваясь, а когда их обогнала парочка бородатых алжирских студентов в армейских куртках, он дождался, пока они не отойдут подальше, и лишь после этого продолжил.

— Вы помните, что мы договорились: никаких письменных сведений? — пропищал он.

— Да, я заранее запасся диктофоном. Он у меня в кармане, — заверил его Ник.

— Ну хорошо, на это вы имеете право.

— Весьма обязан, — сухо обронил Ник.