— Мы потеряли слишком много времени, — кипятился он. — Надо наверстать!

— Вы требуете поднять обороты за верхний предел экономической скорости, — осторожно напомнил ему капитан.

— Мистер Рандл! Наш груз стоит восемьдесят пять долларов за тонну. На борту миллион тонн. И я требую наверстать упущенное время! — Дункан резким движением отмел в сторону любые возражения. — У нас контракт с жестким сроком доставки на рейд Галвестона. Весь проект, вся концепция транспортировки находится под угрозой. Вам что, об этом нужно напоминать? К черту расходы, я хочу вписаться в сроки!

— Да, мистер Александер, — кивнул Рандл. — Мы наверстаем задержку.

Через три с половиной часа на мостике появился стармех.

— Ну? — злобно накинулся на него Дункан, едва тот вышел из лифта.

— Насос починили, хотя…

— Что?

— Предчувствие у меня… Слишком долго оттягивали с этим подшипником… Я бы не советовал выходить за пятьдесят процентов мощности, пока не снимем вал…

— Я собирался приказать двадцать пять узлов, — смущенно признался капитан.

— Ох, не надо бы… — скорбно покачал головой стармех.

— Ваше место в машинном отделении! — резко оборвал его Дункан, кивнул Рандлу, чтобы тот отдал команду включить ход, после чего занял свое привычное место на открытом крыле ходового мостика. С высоты кормовой надстройки был отлично виден белый бурун, поднимавшийся от гребного винта. «Усы» кильватерного следа разошлись в обе стороны до самого горизонта. Дункан стоял на ветру, пока не опустилась ночь, а когда вернулся в каюту, там его поджидала Шантель. Она нетерпеливо поднялась с кушетки:

— Мы опять движемся…

— Да, — кивнул он. — Все будет в порядке.

Центральный пост управления силовой установкой был переведен в автоматический режим ровно в девять вечера. Вахтенные мотористы отправились на ужин, затем отдыхать, оставив старшего механика в одиночестве. Он задержался еще на пару часов в длинном и узком туннеле гребного вала, горестно бормоча себе под нос и покачивая головой над массивным подшипником. Ежеминутно стармех трогал громадную литую деталь, ожидая появления высокой температуры и вибраций, которые являлись признаками неотвратимой механической поломки.

В одиннадцать он с досадой плюнул на мерно вращавшийся гребной вал, который в обхвате не уступал дубовому кряжу, сверкая полированным серебром под безжалостными лампами, затем поднялся с корточек.

На посту управления он еще раз убедился, что системы судна работают автоматически, что все контрольные цепи функционируют исправно и дублируют свои сигналы на индикаторах громадного пульта, после чего зашел в лифт и поднялся наверх.