«Дед» работал, бормоча себе под нос проклятия, словно колыбельную. Он призывал громы небесные на изготовителей маслонасоса, монтажников и инспекторов оборудования, с ненавистью поминал поврежденный сальник и недостаточный аварийный резерв, но больше всего он плевался в адрес упрямого и несговорчивого председателя совета директоров «Флотилии Кристи», чья безответственная манера рубить сплеча превратила великолепный образчик инженерного искусства в груду закопченного, дымящегося металла.

Утро было в самом разгаре, когда с судового склада наконец доставили деревянные ящики с запасными вкладышами. И тут, сбив доски и вытащив ворох упаковочной стружки, стармех увидел, что ящики неправильно промаркированы: вкладыши имели устаревший, неметрический размер и были на пять миллиметров меньше диаметра шейки вала, что делало их абсолютно непригодными.

При этом известии стальная выдержка Дункана Александера дала первую трещину. Он минут двадцать в бешенстве носился по ходовому мостику, даже не пытаясь отыскать пути выхода из переделки, и вместо этого поливал Рандла вместе с его инженером самыми дикими и экстравагантными выражениями. Приступ невиданной ярости оказал парализующий эффект на всех без исключения офицеров «Золотого рассвета», и они стояли навытяжку с побелевшими, виноватыми лицами.

Питер Берг не остался в стороне от таких событий и незаметно проскользнул на мостик, желая подсмотреть, что к чему. Неистовая злоба отчима завораживала мальчишку — такого ему видеть еще не доводилось. Наступил миг, когда Питеру показалось, что глаза Дункана вот-вот лопнут, как перезрелые виноградины. Он затаил дыхание — и был горько разочарован, что этого так и не случилось.

Наконец Дункан остановился, обеими руками вцепившись в густые вьющиеся волосы. Между пальцами торчали два вихрастых пучка, напоминая рога дьявола. Его мучила одышка, но, по крайней мере, частичное самообладание уже вернулось.

— Итак, сэр, что вы предлагаете? — потребовал он от Рандла.

— Новые вкладыши можно запросить на Бермуде, — раздался звонкий голос Питера Берга. — До нее всего три сотни миль. Я помню, наши координаты определяли сегодня утром.

— Ты что здесь делаешь? — вихрем обернулся Дункан. — Марш к матери!

Питер стремглав кинулся наутек, сам удивляясь своей опрометчивости, и лишь после того, как мальчик исчез, слово взял стармех:

— Мы могли бы затребовать Лондон выслать вкладыши авиарейсом на Бермуду…

— Судно на острове найдется… — поспешно вставил Рандл.

— А вкладыши сбросят нам с самолета…

— Или вертолета…

— Срочно телекс в «Кристи»! — злобно рявкнул Дункан.