Уорден засмеялся. “Великолепно. Добро пожаловать на борт Тангмерского Экспресса. Мы доставим тебя домой в мгновение ока.”

Внизу Жан Бюргерс и Андре Дефорж, притаившись в тени деревьев на дальней стороне поля, наблюдали, как исчезает Лизандер. Они встали и энергично пожали друг другу руки, прежде чем раствориться в темноте.

***

Прошло восемь месяцев с тех пор, как немецкая армия была изгнана из Сталинграда. С тех пор они отступили на тысячу двести километров. Киев вот-вот должен был попасть в этот список. Неделя за неделей истребительное крыло, которым командовал Герхард, перемещалось с одной базы на другую, и каждая из них была немного ближе к дому, чем предыдущая.

В эти дни он проводил за письменным столом столько же времени, занимаясь бумажной работой, сколько за штурвалом боевого самолета. Однажды в конце октября 1943 года он копался в груде бланков заявок. Он остановился, чтобы выглянуть в окно, когда непрекращающийся осенний дождь превратил аэродром в глубокую липкую трясину, и тут вошел клерк, чтобы сказать ему: “к Вам генерал, герр оберст . . . Генерал фон Тресков.”

“Лучше проводите его, - ответил Герхард, поднимаясь на ноги.

Появился фон Тресков с алыми петлицами на воротнике и эполетами на мундире, что указывало на офицера Генерального штаба. Ему было около сорока лет, с редеющими волосами, высоким лбом и сильными правильными чертами лица, которые придавали ему особый вид.

Герхард отдал ему обязательный салют "Хайль Гитлер".

Фон Тресков в ответ небрежно поднял руку, но никакого “Хайль” не последовало. Он взглянул на складной деревянный стул с парусиновым сиденьем и спинкой, стоявший напротив стола Герхарда, и спросил:”

“Конечно, господин генерал-майор, - ответил Герхард. “Могу я вам что-нибудь предложить? Чашечку кофе? Боюсь, это эрзац-молотые желуди и коричневый крем для обуви. Или что-нибудь покрепче . . . У меня есть водка, которая вполне реальна.”

“Это очень мило, но нет. Я здесь надолго не задержусь. Фон Тресков достал серебряный портсигар с геральдическим гербом, выбрал сигарету и предложил Герхарду, но тот отказался.