- Это далеко?- спросила она, когда Данниган повел ее к своему джипу.

- Как смотреть, мэм, - ответил он. “Это может занять час, а может и целый день. Вы же знаете, как говорят: идет война.- На его берете был полковой значок, и Шафран сразу узнала его.

- Камберлендские стрелки, - сказала она, улыбаясь при воспоминании о поездке в Южную Африку.

- Совершенно верно, мэм. Я был в Кейптаунском замке, вот как я узнал вас, хотя я не был одним из тех счастливчиков, которые видели, как вы говорили. Мне пришлось слушать это через корабельный мегафон. Вот это были дни, а?”

В итоге путешествие длилось чуть больше двух часов. Ландшафт был потрепан и испещрен дырами от снарядов, дым шел от горящих машин, зданий и выжженной растительности, иногда они проезжали мимо вечнозеленых лесов, величественно возвышающихся и нетронутых. А потом они сворачивали за угол, и то, что раньше было домами, превращалось в руины; школы, церкви, магазины и детские площадки были разбиты и разрушены; и люди стояли, обездвиженные шоком. Это было видение разрушенного человечества, провал в эпическом масштабе.

Пока Данниган вел машину, он рассказал Шафран о своей жене, дочери и маленьком сыне, родившемся после его последнего отпуска на родину, которого он никогда не видел. Он рассказывал о своей овцеводческой ферме в горах близ Кесвика и, что самое страстное, о своей любви к собачьим бегам.

- Десять миль бегут собаки, через холмы и долины, перепрыгивая через стены-ничто не остановит маленьких нищих. Все букмекеры там делают чертово состояние, они делают. Вы бы посмотрели, мэм.”

- Мне бы этого хотелось, - искренне сказала Шафран, а затем описала кенийские холмы, где она выросла, и пастухов, чей скот бродил по ним.

- Вот мы и приехали, - прервал ее Данниган, сворачивая с дороги к воротам, на которых красовалась вывеска. Шафран уловила слово "Академия", и они въехали во двор перед зданием из красного кирпича. Грузовики, мотоциклы и джипы выстроились в ряд на большой открытой площадке, которая, как поняла Шафран, когда-то была детской площадкой.

Данниган выпрыгнул из открытого джипа, снял с заднего сиденья рюкзак шафран и, взвалив его на плечо, повел ее к двери. “О, я забыл упомянуть, мэм. Генерал шлет вам свои поздравления, но сегодня он вас не увидит. Вместо него за вами будет присматривать майор Фаррелл, его адъютант.”