“Боюсь, что так, мэм, да”, - ответил Харт.

- Но есть судьба, которая будет для вас хуже смерти, Шевченко, и законной. Вы служили в Красной Армии?”

“Да.”

“Тогда нам следовало бы вернуть тебя к твоему народу. Это верно, не так ли, лейтенант?”

“Да, - согласился Харт. - “Вообще-то это, наверное, обязательно.”

Панчевски, видя, куда клонит Шафран, перевел разговор между ней и Хартом на русский.

Глаза Шевченко расширились от ужаса. Эта мысль напугала его больше, чем пистолет Шафрона.. - Нет! Пожалуйста! Я тебя умоляю . . . нет. Если они узнают, что я сделал . . .”

- Поговори со мной, и они не захотят.”

- Там была небольшая группа заключенных, человек пятьдесят-шестьдесят. Мне пришлось помочь собрать их и отвести к поезду.”

- Поезд?”