На Крутом холме Вильгельм построил замок. Вскоре после этого епископ Ремигий, монах-бенедиктинец из аббатства Фекамп в Нормандии, основал по соседству собор. На постройку собора шел в основном местный известняк, хотя многие другие норманнские постройки в то время возводили из камня, добытого в Кане (в Нормандии) или доставленного в Англию на специально оборудованных кораблях[813]. Собор был достроен в 1029 г., после смерти Ремигия, и отделан одним из его преемников, установившим над дверями прекрасные резные арки, образцом для которых служили элементы перестроенной аббатом Сугерием капеллы Сен-Дени[814]. Впрочем, этот собор простоял недолго. Он сгорел во время пожара 1124 г., получил повреждения во время битвы при Линкольне в 1141 г., когда его использовали в качестве импровизированного форта, и в 1185 г. был разрушен до основания одним из сильнейших землетрясений в истории Британии[815]. Собору постоянно не везло, но с архитектурной точки зрения все эти неприятности случились в удачное время. В 1186 г. был избран новый епископ Линкольна, французский картезианский монах, при жизни известный как Хью Авалонский, а после смерти как святой Хью Линкольнский. Хью прислали в Англию непосредственно ради строительства: его орден поручил ему построить картезианский монастырь в Сомерсете[816]. Получение епископского сана означало, что он мог ставить перед собой более высокие (в буквальном смысле) цели. На вершине Крутого холма епископ Хью распорядился начать работы, которым предстояло полностью преобразить собор: через шестьдесят лет он поднимется на высоту, невиданную на земле со времен фараонов.

История не сохранила имя каменщика (или каменщиков), нанятых Хью для строительства нового собора, но в его команде явно был по крайней мере один зодчий, умеющий видеть вещи в перспективе, знакомый с новейшими готическими тенденциями и наверняка видевший своими глазами прекрасные новые хоры Кентерберийского собора, не так давно перестроенного под руководством великого мастера Гильома из Санса после разрушительного пожара 1174 г. Не исключено, что создатели Линкольнского собора черпали вдохновение (и приглашали мастеров) из более отдаленных мест, в том числе из норвежского Тронхейма на другом берегу Северного моря, где в середине XII в. тоже был построен готический собор. На строительную площадку на вершине Крутого холма поднимали (вероятно, на запряженных волами телегах) не только известняк, но и мрамор из Питерборо, расположенного чуть дальше в той же епархии. Мраморные колонны придавали собору роскошный и возвышенный вид. Внутреннее пространство собора в конечном итоге достигло почти 150 метров в длину. Западный фасад первоначального собора, через который обычно заходили внутрь посетители, был украшен фризом в романской традиции с замысловатой резьбой, изображавшей сцены из Ветхого и Нового Завета, от изгнания Сатаны с небес до сошествия Христа в ад[817]. Фриз пережил пожары, войны и землетрясения и задавал тон всему зданию. Со временем собор заполнили изваяния и каменная резьба, напоминающие всякому входящему о блаженстве вечного спасения и об ужасах адских мук.