Остаток пути Колумб проделал по суше и к середине апреля догнал испанский двор в Барселоне. По прибытии король Фердинанд встретил его лично. Они ехали по городу бок о бок, как будто Колумб был принцем крови. По словам Колумба, их католические величества остались в восторге: их охватила «бесконечная радость и удовлетворение»[1025]. Многолетние труды Колумба не прошли даром – его вера в то, что по ту сторону Атлантики лежит нечто чудесное, подтвердилась. Капеллан короля Фердинанда и придворный историк Пьетро Мартире, не зная, как расценить эти открытия, озадаченно писал: «Ведь это совершенно новый мир, бесконечно далекий от нас и лишенный всякой цивилизации и религии»[1026]. Однако Колумб был уверен, что все добрые христиане обязаны благодарить его «за великий триумф, который ждет их благодаря обращению столь многих народов в нашу святую веру, и за мирские блага, которые принесет это не только Испании, но и всем христианским землям»[1027]. Он достиг победы, о которой так долго мечтал.

При более близком знакомстве с письмами и записными книжками Христофора Колумба он производит не самое приятное впечатление. «Адмирал», как он предпочитал называться, был отъявленным хвастуном, а иногда и откровенным лжецом. Он ввел свою команду в заблуждение относительно своих намерений и прогресса их экспедиции. Он утверждал, что первым обнаружил землю на Багамах, хотя на самом деле это было не так. Он корыстно воспользовался дружелюбием людей, которых встретил на новых землях: испытывая к ним в лучшем случае поверхностный антропологический интерес, он в первую очередь цинично прикидывал, каким образом он сам и будущие испанские экспедиции могли бы использовать их ресурсы и труд. По возвращении в Испанию Колумб многократно преувеличил масштабы и потенциал своих открытий: так, он утверждал, что Эспаньола – огромный остров, превосходящий размерами весь Пиренейский полуостров, и там полно прекрасных гаваней и богатых золотых приисков (это было не так), а Куба «больше, чем Англия и Шотландия, вместе взятые»[1028].

Несмотря на все это, мы вряд ли можем поспорить с тем, что в 1492 г. Колумб добился действительно очень многого. Учитывая разницу средневековых технологий, контакт между Америкой и Европой вряд ли мог пойти по иному сценарию. Хотя нет никаких сомнений, что если бы Колумб не совершил свое плавание, то его вскоре совершил бы кто-то другой, факт остается фактом: именно у него возник этот замысел, и именно ему хватило дерзости и удачи зайти так далеко и добиться успеха. Историю не обязательно творят хорошие люди – в сущности, наше путешествие по Средним векам до этого времени показывает, что подобное на самом деле случается крайне редко. По этой причине при всех ошибках, недостатках и предрассудках (не вполне отвечающих морали его собственного времени и еще более идущих вразрез с моралью XXI в.) Колумб был и остается одной из самых важных фигур Средневековья. Когда он вернулся из Карибского моря, стало ясно, что он открыл новую страницу в истории человечества.